Няню заказывали? или (не) Спящая красавица

Сара была молодой и красивой и всегда нравилась мужчинам, но с ним всё впустую. Она бросила взгляд в сторону гаража, откуда постоянно доносился смех: вот какие женщины, оказывается, нравятся Джеймсу. Конечно, она заметила, как он пожирает свою няню глазами, как поворачивается, едва услышав ее голос и как мрачнеет, когда она в очередной раз вежливо отказывается от всего, что бы ей ни предложили. Про себя Сара ревностно окрестила Аврору «смазливая недотрога», а уступать таким было ниже ее достоинства!

– Джейми, а научи меня рисовать баллончиком, – лучезарно улыбнулась Сара. Но он не реагировал, привлеченный смехом недотроги: Эван нечаянно брызнул на нее краской, испачкав руки и лицо, а Рон пытался платком помочь ей. Получалось плохо – няня была вся в жёлтых разводах. Наконец, она забрала платок и направилась в дом в сопровождении малышки Анны.

– Извините, – поднялся Джеймс и пошел вслед за Авророй, предусмотрительно остановившись у своей сумки и взяв оттуда какой-то пузырек. Улыбка Сары сползла, а Кими только развела руками; Купер весело отсалютовал, празднуя ее проигрыш.

– Анна, – остановил девочку Джеймс, – а где Аврора

– В ванной, тебя тоже отвести?

– Нет, я сам найду, а ты пойди попробуй шоколадные кексы, я видел, как мама доставала их из духовки.

Он коротко постучал и нажал на ручку двери – не заперто. Аврора от неожиданности вздрогнула и испуганно обернулась.

– Ты не ототрешь водой, – он взял с полки полотенце и, смочив водой, вылил на него немного растворителя. Джеймс остановился рядом, Аврора молчала. Он взял ее за подбородок, рассматривая пятна желтой краски. С нее картины писать можно, даже жаль вытирать. Он осторожно, но быстро отчистил лицо, чтобы не обжечь нежную кожу.

– Умойся.

Аврора послушалась, заодно смывая макияж – меньше возни вечером будет, всё равно тушь размазалась. Она вытерла лицо, и Джеймс принялся за ее руки. Стало не по себе: он так смотрел, словно они снова были в зале, где она млела от его прикосновений и выгибалась на встречу ласкам. Джеймс нежно гладил ее руки, даже не скрывая, что желает прикасаться к ней не через полотенце, и она опять таяла от его близости.

– Аврора, – обманчиво мягко произнес он, но она инстинктивно ощутила, что его настроение изменилось, – ты со всеми мужчинами такая уступчивая? Со мной, с Роном. Кто еще у тебя есть?

– Что? – Она попыталась вырвать руку, но он не отпустил, потому что еще не закончил с краской.

– Ах да, жених еще есть.

– Пусти, – она снова дернулась, но Джеймс отбросил полотенце и сам намылил ей руки.

– Так что же? – допытывался он. – Скольких мужчин ты водишь за нос?

– Уж не тебе предъявлять мне претензии! – взъярилась она. – Или та женщина в театре просто коллега?

– Нет, не коллега, – спокойно отозвался он.