Няня поневоле

 — А где вы эту байду взяли?

— Нашла среди приданного. Вы, наверное, с Жанной покупали и забыли…

— Нет, — морщится Назарет. — Марку все необходимое покупала моя мама. Жанна себя неважно чувствовала почти всю беременность.

«Кому ты заливаешь, — хочется насмешливо бросить мне. — Уж я-то точно знаю. Моя сестра все девять месяцев скакала как сайгак. Хотя, может, Назаровы просто отстранили ее от покупок».

Вздрагиваю, понимая, что наверняка Жанке пришлось несладко. Видела я бабушку Марка. Заносчивая бесцеремонная особа.

— Замерзли? — скупо улыбается Назарет. — Быстренько сушите волосы. Берите радио-няню и приходите в кухню. А я распоряжусь по поводу чая.

— Потом поем, — пытаюсь отказаться. — Мне лучше остаться с Марком.

Честно говоря, я тушуюсь. Бегала мимо Назарета в одном полотенце. И что он вообразил, одному богу известно. Но до этого вечера он меня чаевничать не приглашал.

— Линара, — строго бросает хозяин дома. — Здесь командую я."

"Ничего не остается, как второпях помыть голову и слегка посушить волосы феном. Заплетаю косу и, глянув на спящего Марка, спускаюсь в кухню. А там уже заботливые руки Эллы нарезали буженину и несколько видов сыра. На плоском блюде важно лежат бутерброды с черной икрой, а в менажнице насыпаны горками сухофрукты.

— По какому случаю банкет? — спрашиваю, глядя на Назарова, открывающего бутылку с вином.

— Мы справились с Марком, — вполне серьезно заявляет он. — Нужно это отметить. И вообще, когда вы ели в последний раз?

— Часов в пять, — бодро заявляю я. — Я всегда ем в это время. А после уже нельзя.

— Прокурор запретил? — фыркает Назарет и добавляет с укором. — Придется мне вас контролировать, Линара. Это никуда не годится. А если в обморок грохнетесь с Марком на руках? Знаете, как в самолетах пишут? Сначала позаботьтесь о себе, а потом о ребенке.

— Глупости, — фыркаю я. — Я так много лет питаюсь. Никаких проблем…

— Дурацкие диеты, взятые с просторов инета, до добра не доведут, — многозначительно замечает Назарет и на правах хозяина приглашает. — Прошу…

Сажусь за стол, намереваясь съесть кусочек мяска и курагу, и сразу же подняться наверх. Близость Сергея Алексеевича меня смущает. Все кажется, позови он за собой, соглашусь, не раздумывая.

— Так питаться мне посоветовал доктор, — заявляю я, не подумав. Видимо, от синих глаз хозяина дома растеряла последние мозги.

— Ну, какой еще доктор, Линара? — усмехается он. — Лучше не спорьте, а ешьте.

Опускаю голову к тарелке. Чуть не наболтала лишнего. Доктор, конечно же, самый лучший. К другим мой бывший муж не обращался. И пусть нас еще не развели с Федором Ильичом, и дело до сих пор болтается в суде, но как о своем супруге я даже подумать о нем не могу.

«Бывший, — пробую слово на вкус. — Было, и прошло.