Ниса. (Не)желанная жена

– Нет, чтобы спросить, позавтракала ли я уже, как себя чувствую, хочу ли вообще куда-то выходить, – произношу между глотками кофе и оборачиваюсь к Яре. – Да?

– Ты бы не злила его, а шла собираться, – тихо отзывается она.

– Я никуда не поеду голодной. В конце концов, он же не повезет меня насильно.

Яра кивает и выходит из кухни, так ничего и не съев. Я пожимаю плечом и продолжаю налегать на сладости. Когда откусываю от последней пахлавы, чувствую на кухне чье-то присутствие. Оборачиваюсь и смотрю на Омара, прислонившегося плечом к дверному проему. Он внимательно изучает меня, но по лицу невозможно прочитать эмоции.

– Если тебе кажется, что я свободен настолько, чтобы весь день потратить на ожидание, ты глубоко ошибаешься, – спокойно произносит он.

– Так не жди. Иди занимайся своими важными делами.

– Я сказал, что мы едем к врачу.

– Ты даже не спросил меня, хочу ли я туда ехать.

– Ниса, ты носишь моего ребенка, и тебе нужно показаться врачу.

– Что, если я уже была у врача? Представь себе, беременность протекает нормально. Все, теперь можешь идти на работу или куда ты там собрался.

Он подходит ко мне, молча берет за локоть и тащит в мою комнату. Должна признать, он не прикладывает силу настолько, чтобы мне было больно, но я здесь, чтобы бунтовать, так что…

– Пусти! Ты вывихнешь мне руку! – начинаю вопить и вырываться.

– Не вывихну, я едва тебя касаюсь, – цедит он сквозь зубы. – Прекрати этот цирк.

– Пусти! Мне больно! Я беременна, меня нельзя обижать!

Он резко отдергивает руку и смотрит на меня, ка на умалишенную.

– Я начинаю подумывать показать тебя не только женскому врачу, а еще и мозги твои проверить.

– Свои проверь, неандерталец! – рявкаю я и, обогнав его, несусь в свою комнату.

Омар не дает захлопнуть дверь. Выставляет вперед ладонь, и, толкнув полотно, входит за мной в комнату.

– Выйди! Я буду одеваться!

– А чего ты стесняешься? Тебе ведь не было стыдно заявиться на кухню в одном белье. Голой я тебя уже видел. Больше, подозреваю, тебе скрывать нечего.

Я со злостью срываю с себя футболку и с удовлетворением наблюдаю, как челюсти Омара снова плотно сжимаются. Он обводит мое тело взглядом, а потом возвращается к глазам. Невозможно передать словами то, что бушует в его темных омутах. Там страсть, вожделение, ярость. Между ног разливается тепло, и мне приходится немного плотнее сжать бедра, чтобы хоть чуть-чуть облегчить возбуждение, накатившее на меня горячей волной. Нельзя показывать Омару, как он на меня воздействует, иначе я лично вручу ему кнопку моего настроения.

Разворачиваюсь и иду к чемодану.

– Надень то, что в шкафу, – говорит он слегка севшим голосом, а мне приходится прикусить губу, чтобы не выдать улыбкой свой триумф.