Ниса. (Не)желанная жена

Дома, пока Омар разговаривает с прислугой, поднимаюсь наверх, захожу в свою спальню и замираю. Обстановка здесь сильно изменилась. Теперь на месте роскошной кровати стоит большой стильный диван, совсем не похожий на те восточные, которые стоят в доме старших Аль Мансури. Обитый темно-зленым бархатом, на кованых ножках, широкий и манящий своей мягкостью. Слева стоит стол с креслом, повторяющим дизайн дивана, у балкона – кушетка с такой же обивкой. Книжные полки, огромный торшер, нависающий над диваном, мольберт, кисти, краски, альбомы для набросков и бесчисленное множество карандашей. Это рай для художницы, и я бы даже порадовалась новой обстановке, если бы не…

– А где кровать? – спрашиваю, когда слышу, как в комнату входит Омар.

– Пойдем, – зовет он, в голосе сквозит некоторое напряжение.

Я послушно следую за ним в его спальню. Здесь практически ничего не изменилось, только добавились туалетный столик и кресло у балкона. Омар подходит к нему и распахивает шторы, а за окном вместо пустыни… зелень. Я быстро следую за ним и выхожу на улицу. Хочется ахнуть и прижать руки к груди от красоты увиденного, но скованность эмоций и даже некоторая заторможенность не позволяют. Сделай он это неделю назад, я бы восторгалась и танцевала. Сейчас же я не могу отыскать в себе эмоции, чтобы выразить восторг, который во мне теперь вызывает это место.

– Красиво, – спокойно произношу я, замечая ожидание в глазах мужа. – Но где я буду спать?

– Со мной.

Хочется спорить и ругаться, но уже нет сил. Я так много раз спорила с ним мысленно, что сейчас просто не нахожу для этого правильных слов. Поэтому я безучастно плетусь в ванную, слегка кивнув. Единственное, чего я не допущу – это секса между нами. Врач и так сказал поберечься пока, так что, думаю, вопрос об этом даже подниматься не будет. Но на всякий случай для себя я еще раз мысленно проговариваю это намерение.

Ванна окончательно меня расслабляет, и мне приходится бороться со сном. После водных процедур я заматываю волосы полотенцем, набрасываю висящий в ванной халат и прохожу в спальню. Шторы уже задернуты, на ночном столике горит ночник, а рядом стоит поднос со сладостями и чашка чая. Омар как будто угадывает мои желания. На кровати, на которую я забираюсь, лежит пульт от телевизора и огромная подушка. Я знаю, что она для беременных. У меня еще нет живота, который можно было бы положить на нее и расслабить спину, но все равно она выглядит слишком заманчиво, чтобы не обнять.

Сначала звоню маме, долго болтаю с ней, не посвящая в подробности своей семейной жизни. Желаю им с отцом удачного перелета и обнимаю большую подушку. Я говорю себе, что вот сейчас немого полежу и буду пить чай со сладостями, но засыпаю, даже не успев включить телевизор.