Всё о Ниро Вульфе. Том 3

С этого момента все опять было на нем, но это было также прорепетировано, и после представления с телефонными звонками я считал, что он выдержит.

В половине девятого Перли сказал:

— Она не идет, — и снял наушники.

— Я никогда и не думал, что она придет, — сказал я. Она — это была, конечно, Пегги Чоут, чьим часом было 7.30. — Я говорил, что с рыжими нельзя встретиться, чтобы поговорить.

Перли сделал знак Пиотти, который большую часть времени вертелся около, и тот принес кофейник с кофе и две чистые чашки. Минуты тянулись, еле двигаясь.

Когда мы опустошили чашки, я налил еще. В 20.56 я спросил:

— Вы будете кривляться и в аду, — тихо сказал он, так тихо, что это было едва слышно. Он всегда хрипит, когда растет напряжение, это верный сигнал.

Было четыре минуты десятого, когда микрофон донес до меня шум отодвигаемого стула, затем тихо голос Золтана, говорящий «добрый вечер», и затем женский голос, но я не смог разобрать слова.

— Недостаточно громко, — хрипло сказал Перли.

— Заткнитесь, — сказал я и вытащил ручку. — Они стоят.

Раздался шум двигаемых стульев, другие слабые звуки и затем:

Перли и я обменялись взглядами. Это звучало так, как будто мы можем получить больше, чем разговор. Другой женский голос, принадлежащий миссис Пиотти: «У нас есть хороший Оссо Буко, мадам. Очень хороший. Особенный!»

Я закусил губу, но он справился с этим отлично.

Миссис Пиотти подошла к нашему углу в кухне и прошептала мне на ухо:

Нуждаясь только в одной руке, чтобы писать, я использовал свободную, чтобы послать Перли поцелуй.

Голос замер. Это было понятно, так как миссис Пиотти прошла через дверь со спагетти и кофе, и в это время она должна была подходить к их столику.

Послышались разные звуки — она их обслуживала. Перли прошептал:

— Он заходит слишком далеко.

И я прошептал в ответ:

— Нет, он превосходен.

Подошел Пиотти и остановился, глядя в мою записную книжку. Ничего не было, пока миссис Пиотти не вернулась в кухню и не раздался голос Кэрол.

Я снова прикусил губу. Почему он не дал им сигнал? Ему было сказано, что нет смысла вытягивать ничего об ее отношениях с Пайлом, так как она наверняка будет лгать. Почему он не дал сигнал?

Ее голос продолжал: «Он обещал на мне жениться. Мне только двадцать два года, Золтан. Я не думала, что когда-нибудь позволю мужчине снова до меня дотронуться, но так как вы… я не знаю. Я рада, что вы знаете, что я убила его.

Да, мне легче, что вы знаете. О, мне пришлось убить его, пришлось, потому что, если бы я этого не сделала, я бы убила себя. Когда-нибудь я расскажу вам, какой дурой я была, какая я… О!»

Послышались шум отодвигаемого стула, затем тихо его шаги и затем молчание.