Ниочёма — 2

Ещё знает ИСБ и, наверняка, император. И ваша невинная шалость по отношению ко мне в свете этой информации превращается в крупный косяк по отношению к империи.

— Так что же там было? — Оленев пока еще владел собой.

— Так я вам сразу всё и сказал! Не держите меня за идиота. Что я получу за эту эксклюзивную информацию?

Оленев задумался. Может пацан блефовать? Может. Про ИМА, скорее всего, не врет, но это пустяк. Мало ли с кем он говорил. Может, минералку покупал. Отболтаться можно запросто. Но если у Бурова нашли какой-то серьезный криминал, то допроса в присутствии сенсора не избежать. И тогда вся история с похищением выплывет наружу. А потом арбитраж при Архиве и вира. И десятью тысячами уже не отделаешься, там пахнет миллионами. Плюс ко всему, неизбежно недовольство императора. Он не лезет в разборки родов, но лишь до тех пор, пока это не слишком нарушает закон. Тут же налицо полный беспредел, а Оленевы сейчас и без того не то, чтобы в опале, но отношения со Львовыми сильно охладели. А если вспомнить недавнюю историю с перстнем… По всему выходит, что выгоднее откупиться сейчас, чтобы потом предъявить безопасникам документ: мол, ситуация разрешена договором глав родов и арбитраж не нужен.

— Назовите свою цену.

Приняв решение, Оленев вернул себе привычную уверенность. Торговаться он умел

— Во-первых, род Оленевых прекращает любые недружественные действия в отношении рода Песцовых, — начал Олег. — Во-вторых, обязуется не сговаривать и не выдавать замуж Веру Максимовну Оленеву до моего совершеннолетия.

«Ага!» — обрадовался внутри себя Михаил Юрьевич. — «Вскрылся, сопляк! Я организую тебе такую Веру Максимовну, что не обрадуешься. Будешь знать, как на Оленевых хвост подымать!»

— Надо только четко зафиксировать в договоре личность девушки во избежание взаимных недопониманий и последующего чрезмерно формального исполнения договора.

Настроение Оленева тут же переменилось.

«Вот же песец, вот же скользкая тварь!» — улыбаясь, внутренне выругался Михаил Юрьевич.

— Ну и последнее, — добивал собеседника Песцов. — Вира в размере полумиллиона рублей. Из них десять процентов лично девушке, остальное — роду. Банковские реквизиты я предоставлю.

— Полмиллиона! — вскричал Оленев. — Это невозможно!

— Невозможно на пол сесть и ноги свесить, — меланхолично заметил Песцов. — Думаю, вы уже прикинули, сколько отдадите в случае арбитража. Плюс еще судебные и репутационные издержки. Впрочем, если вы несогласны с моим весьма скромным предложением, можете проверить свои теоретические подсчеты на практике.

Договор был составлен в течении получаса. Песцов тщательно изучил в нем каждую букву в обоих экземплярах и, наконец, подписал. Поставил свою подпись и Оленев.