Ниочёма — 2

Глаза Веры загорелись любопытством и предвкушением. Что хранят в подобных шкатулках, ей было прекрасно известно.

— Можно посмотреть? — спросила она, откидывая запоры.

— Нужно, — улыбнулся Олег.

Через секунду его оглушил пронзительный визг. Вера повернулась, держа в руках шкатулку с откинутой крышкой. Внутри сияли и переливались бриллианты. Широко распахнутые глаза девушки сияли ничуть не слабее камней.

— Олег, это правда мне?

Он демонстративно огляделся по сторонам.

— Ты видишь здесь кого-то ещё?

— Нет, но… это ведь безумно дорого!

— Хочешь примерить? — спросил Олег вместо ответа. — Вон там зеркало. Я подглядывать не буду.

Он сел спиной к зеркалу и чуть расслабился. За спиной были слышны шорохи, легкие позвякивания, сдавленные ахи, и даже, кажется, пара всхлипов. На его лице непроизвольно вылезла улыбка. И, кажется, на душе немного потеплело. Олег никогда не думал, что способен даже на тень чувства, однако случилось. Нет, не влюбился. Но совсем уж безразличной Вера быть перестала.

Шуршание за спиной прекратилось, наступила тишина, потом послышался долгий восхищенный выдох.

— Можно! — разрешила Вера.

Олег поднялся, повернулся к ней и остолбенел. Он, конечно, понимал, что украшения потому и называются украшениями, что делают женщин красивее. Но не представлял, что настолько. Именно этих бриллиантов и не хватало наряду, чтобы превратить образ невесты в законченный шедевр. Он с уважительным поклоном протянул руку, сопроводив жест выспренней фразой:

— Сегодня впервые в жизни я буду ужинать со столь прекрасной женщиной.

Вера, не привыкшая к таким хвалебным речам, засмущалась. И вышло это настолько естественно, что Олег невольно улыбнулся. Он проводил девушку к столу, помог ей сесть, уселся сам, разлил вино в бокалы и провозгласил первый тост:

— За нас. За нашу долгую и счастливую совместную жизнь.

Бокалы встретились и отозвались тихим звоном. Домовой, повинуясь мысленной просьбе, выключил свет, и немаленькую спальню освещали теперь лишь две свечи. Вера не стала спрашивать о магии. Она смотрела через бокал на пламя. Губы её шевелились, словно она произносила что-то. Не то древний заговор, не то желание, не то обет. Потом медленно выпила всё вино до дна и резко поднялась.

Олег попытался что-то сказать, но девушка остановила его жестом. Она так же медленно и неторопливо принялась снимать с себя украшения: браслеты, перстни, диадему, серьги — все пятнадцать предметов. Потом отступила на шаг от стола, завела руки за спину, и спустя пару секунд платье с легким шорохом скользнуло вниз.

Зрелище было потрясающее: обнаженная красивая девушка с отличной фигурой стоит, посреди груды белого шелка, и отблески огня пляшут на белой коже. Вот только взгляд её Олегу не понравился.