Никто и звать никак

И там, в магазине я покупала мясо, овощи-фрукты, там есть специальные отделы с выпечкой, тортами, мороженым.

— Все в одном месте?

— Да! Понимаешь, мороженое, теоретически, можно приготовить и у вас. Но — сложно. Нужно с осени сохранить свежие фрукты, потом, в морозное время отжать сок, добавить сливки, взбить и выставить на мороз. А там, у нас, благодаря холодильникам, это готовят заранее и складывают при нужной температуре. А овощи фрукты привозят из других стран. Это не так и дорого, когда налажены каналы сбыта.

— А еще что там продают?

— О, все не перечислишь, но в таких гипермаркетах, куда мы ездили закупаться на машине раз в две-три недели, можно купить все, от машины и одежды, до круп и макарон.

— Ма-ка-рон?

— Да, я не знаю местного слова. Это такие изделия из высушенного теста.

— И что с ними делают?"

"— Их варят в кипящей соленой воде, а потом к ним делают различные соусы, подливки, мясные блюда…

И тут я замолчала и задумалась… Я не встречала в этом мире ни лапши, ни спагетти. Но ведь изготовить в домашних условиях их не так и сложно. У меня была отличная итальянская машинка для разделки теста. Муж, помнится, весьма одобрял…

Я совершенно точно знала, как изготовить старинную мясорубку. Ну, ту, что не электрическая. У меня дома, в смысле, у родителей, электрической и не было. Только старая советская, механическая. Я ее сто раз разбирала, мыла, собирала… Моя итальянская «аристократка» была собрана по такому же принципу… Да, она была электрической, красивой, удобной, с различными насадками. Но все это можно было бы делать и просто вращая ручку. Пожалуй, это стоит попробовать. А пока:

— Ригер, мы срочно едем на продуктовый рынок!

— Зачем?!

— Я хочу приготовить тебе макароны…

— Калина, рынок давно закрыт.

Я уже встала со скамеечки под раскидистым деревом, а Ригер всё еще продолжал сидеть, даже слегка нахмурился.

— Что?

— Калина, женщина твоего положения не должна готовить, если у нее есть кухарка… Ты можешь все объяснить ей, и она сделает!

Я села, и начала долгую и пространную речь…

О случайности рождения в семье цезуса или нищего, о том, что изначально рождение в высокородной семье, конечно, дает большие преимущества, но жизнь — великий уравнитель.

— Ты сам, неужели никогда не встречал высокородных, которых бы стоило просто повесить за их преступления? Или людей, у которых нет за плечами такой семьи, но они умны и светлы духом? Я не настаиваю, чтобы ты принял для себя мою оценку мира, совсем нет… Но подумай, в моих словах — много правды. Поэтому, нет ничего зазорного ни в одном труде.

— Вот об этом я тебе и говорил, Калина. Ты выделяешься даже тем, что не приказываешь слугам, а просишь.

— Ригер, я всего лишь вежлива с ними. Даже последний нищий может иметь достоинство и унижать его — отвратительно.