Никто не услышит твой зов

Что сегодняшняя ночь станет последней — либо для мира, либо для их расследования.

Глава 23

При помощи фотографии дома троица и Голицын-старший переместились на участок Гореловых. Десять соток высокой и жухлой травы, на которой словно случайно понатыкали высоких сосен. Деревянный дом с мансардой, пожалуй, один из немногих, сохранивших деревенский дух этого места.

Они выбрались на улицу через дыру в штакетнике. В поселке было тихо, холодно и влажно. Редкий свет фонарей освещал узкую улочку. За высокими заборами поднимались крыши добротных домов. Близость к городу сделала эту землю чересчур привлекательной для вложений, так что старожил здесь почти не осталось, и маленькие кособокие избенки соседствовали с богатыми коттеджами.

Небо впервые за долгое время стало чистым. На нем россыпями драгоценных камней сверкали звезды, а полная луна серебрила влажную землю и черные стволы почти голых деревьев.

— Это двенадцатый, — шепнул Кирилл. — Значит, шестнадцатый через дом по этой стороне.

Он махнул рукой, и все последовали за ним. Тихо идти не получалось — под ногами противно скрипела мелкая щебенка. Калинин только и надеялся, что в столь поздний час, да еще и в будний день местные уже давно спят, а дачники уже закрыли сезон.

Шестнадцатый дом оказался вовсе и не домом, а стройплощадкой. Накрытые брезентом здесь вылились две пирамиды песка и щебня, и серебристой лентой выделялся на мерзлой земле фундамент будущего дома.

— Ясно, — констатировал Иван. — Либо продали, либо снесли старый и строят новый. Надо уточнить данные.

— Надо. Дашь кому-нибудь задание потом, — кивнул Кирилл и решительным шагом направился вниз по улице.

Дальше поселок все больше напоминал длинный туннель с трехметровыми стенами. В конце улице в свете луны виднелся лес, подпирающий кронами черное небо. Где-то совсем близко шумело скоростное шоссе и слышался мерный стук поездов.

— Местечко-то не глухое, даже очень оживленное, — хмыкнул Марк, поднимая ворот куртки.

— Это да, — подтвердил Ворон. — Всего три километра от города. Говорят, хотят оттяпать у области приличный кусок. Так что тут все скоро станут городскими.

— Да плевать на них, — фыркнул Марк. — Долго нам еще идти? Я сейчас околею.

— Не ной, — обернулся к сыну Юрий Петрович. — Не так уж и холодно.

В отличие от друзей Голицын-старший был в деловом костюме. Видимо, когда Марк ему позвонил, тот все еще был на работе и сразу же явился, не подумав о том, что придется гулять за городом.

Марку стало стыдно, и он продолжил путь молча. Однако отец был гораздо терпимее к холоду, чем сын. Марк же холод не любил, хоть раньше и приходилось бывать в таких местах, куда теплолюбивое существо по собственной воле ни за что не сунется.

— Я не понял, — прошептал Кирилл, остановившись в конце улицы.