Никто не услышит твой зов

Горелов работал в Библиотеке младшим научным сотрудником. Демон наверняка с ним сталкивался.

— Демон в то время Саяны копал, кажется... — задумчиво ответил Иван. — Что по его убийствам можешь сказать, кроме того, что есть в отчетах?

Богданов откинулся на спинку кресла и поднял взгляд на потолок.

— Да что тут скажешь? Восемь девушек грохнул. Привязывал за ноги вниз головой, и они умирали от сердечной недостаточности. Трупы находили в разных местах. По всему городу орудовал.

— А как так получилось, что это дело вели совместно с людишками, и Шилову память оставили? — спросил Ворон, подозрительно глядя на коллегу.

— Шилов хороший мужик, ты на него не гони, — угрожающе сдвинул брови Богданов. — Главное, он молчаливый и полезный. А дело было так... Пять лет назад, я обнаружил в сводках людей первую жертву. Мне стало интересно, хотя она и не походила на жертву акудзина, ну ты сам понимаешь: никакой серой потрескавшейся кожи, кровавых пятен вместо белков и зрачков. В общем, отправился я на проверку, поправил память кому надо, заглянул в морг и успокоился.

— Ой ли? — хохотнул Иван, зная, что Богданов на месте редко сидит.

— Ну ладно, не совсем успокоился. Просто меня это дело заинтересовало, и я для опыта так сказать, периодически захаживал к следователю, который вел это дело. А потом бац, и второй труп! А там другой район... Короче у людишек бюрократия просто тихий ужас!

— У нас не лучше, знаешь ли.

— У нас есть Демон, у которого есть связи.

— Ага, хорошо быть богатым и знаменитым, из древнего княжеского рода, да с папашей в Правлении, — усмехнулся Иван.

— Завидуешь?

— Конечно. Он же Прохорову трахает. Я тоже хочу.

— Ты это брось, — улыбнулся Богданов. — Жанночка та еще стерва. Нашла себе мальчишку для утех, а он и не против.

— Я тоже хочу быть мальчишкой для утех у старушки, — слезливо пожаловался Ворон.

— Не такая уж она старушка. По нашим меркам весьма молодая женщина. А разница в пятнадцать лет туда-сюда вообще ни о чем.

Ворон улыбнулся. Все помнят, как Голицын злил главного врача больницы для акудзин, и все знают, как Марк добивался своего от главной стервы акудзинского общества.

— Ладно, я прикалываюсь, — махнул рукой Иван.

— Я знаю, — понимающе кивнул Богданов.

— Так что там дальше? Второй труп?

— Да. Все то же самое, только на другом конце города. Но стало понятно, что это серийник, и дело передали в Главное следственное управление. Как раз Шилову. Тогда-то я с ним и познакомился. Ну там с головой поработал, и он начал думать, что меня к нему высокое начальство приставило в качестве стажера.

— Ну ты, блин даешь! — засмеялся Ворон в голос. — Ты себя в зеркало видел? Стажер-переросток!

— Я просто в детстве хорошо кушал, — улыбнулся Богданов и хлопнул себя по животу.