Никто, кроме нас!

Крыло в крыло, подскакивая на кочках и камнях, рванулись вперед – мимо раздавшихся терцев. Андрюшка оторвал «Гриф» первым, чуть ли не вертикально, показал Максу «fuck». Дижонов погрозил кулаком, пошел ниже; «Воин небес» замер на миг в высшей точке подъема, круто скользнул, лихо сваливаясь на крыло, к земле…

…и напоролся на метнувшийся снизу – из-за реки – белый тугой след.

Их привезли в станицу и положили на разостланный брезент – на площади перед правлением.

Дашка стояла возле него на коленях.

«Кррррах!» – разорвал тишину залп стоящего в ногах убитых караула.

Ахнуло вокруг эхо, летя прочь от станицы и возвращаясь к ней.

Тимка Задрыга возился возле выкаченного из ангара «Потертого Гарри», когда я подошел, пиная ботинками комья высушенной солнцем серой земли.

– Ты чего делаешь? – спросил я.

Тимка оглянулся. Лицо его было угрюмым и решительным. Смерив меня взглядом, он отшагнул в сторону и кивнул:

– Вот. Мы решили переименовать.

На носу планера – вместо надписи «Потертый Гарри» – было написано свежей белой краской:

– Восемнадцатую тоже переименовывают, – вздохнул Тимка и поправил букву «А». – Вернее, это Макс первый решил… В «Олега Гурзо». А мы уже потом…

– Слушай… – Я мучительно перевел дыхание. – Но если же нас собьют… это же будет значить, что ребята снова умерли…

– Нет, – мотнул головой Тимка и поставил на траву банку с краской. – Фигня. Они не умерли. Просто… ушли. А раз вот такие машины у нас будут – значит, они снова воюют…

Я молча приобнял его за плечи и постоял так. Потом стукнул его в висок виском – и пошел в ангар.

Колька ругался с Тошкой Задрыгой и Витькой Тимко.

– Ну на кой хер тебе в сотне фельдшер?! – орал Витька. – Я же летаю лучше тебя! В клубе летал лучше! Ты сам знаешь!

– Как на кой хер фельдшер?! – кричал Колька. – Сам не видишь, на кой?!

– Не вижу! Много он ребятам помог бы? Ну ладно – раньше, пока мы тихушничали – я один из вас что-то соображал по медицине! Но сейчас-то любую из девчонок свистни – побежит!

– Не разрешишь, – подземным голосом сказал Тошка и хлюпнул носом, – я убегу.

– Куда-а?! – застонал Колька и зафигарил кубанку в угол. – Куда ты сбежишь, убогий?!

– Куда глаза глядят, – буркнул Тимка.

– Да поймите вы – лишнего аппарата все равно нет!

– Коль, аппарат пришлют, – тихо сказал Витька. – А мы уже под боком… Готовый экипаж…

– Ладно! – рявкнул Колька. – А сейчас – пошли вон!

Тошка и Витька, толкаясь, выскочили из ангара.

– Ты чего пришел?! – рыкнул он на меня.

– Увольнение просить, – сказал я.

Колька так и сел. Потом покачал головой и выдохнул:

– Ну – денё-о-о-ок-х… Куда?

– В станицу, к Дашке. До вечера, – сказал я. – Коль, пожалуйста.