Никому не скажем

Или… просто не способен на это. Как наркоману, мне нужна доза. И я тянусь за ней снова и снова, подменяя истинное удовольствие суррогатом…"

"А настоящий кайф — это Евангелина Гонсалес. Стоит вспомнить, как я ее целовал еще совсем недавно, и в паху становится тесно. Я ерзаю на стуле, словно уж на сковородке, и сильней сжимаю пальцы на приборах. Вдруг на мое бедро опускается женская ручка.

— Я знаю один способ, который поможет тебе расслабиться, — Лера облизывает губы и ведет вверх по моей ноге, и пока я решаю, что с этим делать, у меня звонит телефон. Протягиваю руку, поворачиваю к себе экран.

— Постой, Кит… Не бери. Давай сегодня забьем на всех, сбежим с работы и…

— Извини, это важно.

Это, мать его, очень важно! Потому что мне звонит Женька…

— Да! — бросаю в трубку.

— Кит? Привет. Хорошо, что я до тебя дозвонился.

— Что-то случилось?

— Ну-у-у… Хм… Как бы это сказать… ты не мог бы приехать ко мне в школу?

— В школу? Сейчас?

— Ага. Понимаешь, моих родителей вызывают к директору, а мамы нет, и… папы нет тоже. В общем, я подумал, что ты бы мог… — в трубке раздался треск, будто Женька переложил телефон в другую руку. — Хм, наверное, зря я позвонил, да?

— Нет-нет! Ты все правильно сделал. Говори адрес. Я подъеду, как только смогу.

Женька диктует мне адрес школы. От ресторана туда ехать не так уж и долго, если бы не чертовы пробки…

Возвращаюсь в зал, бросаю на стол несколько крупных купюр и скомкано прощаюсь с Лерой. Мне не впервой срываться вот так, посреди обеда, но обычно всему виной бизнес. А тут…

Паркуюсь возле школы. Выхожу из машины и чуть не падаю — ноги разъезжаются на покрытой тонкой коркой льда дорожке. Посыпали бы хоть! Еще и элитная гимназия называется. В коморке у входа сидит охранник. Сую в окошко паспорт, и меня пропускают, предварительно вписав его данные в толстый журнал. Прохожу через рамки. Как будто это не школа, а режимный объект. Кабинет директора располагается на первом этаже. Захожу в приемную. За высокой стойкой сидит девочка-секретарша, а на диванчике у глухой стены — Женька. Здороваюсь, подхожу ближе к брату и присвистываю:

— Ого, это кто тебя так?

— Какая разница? — кривит губы Женька, от чего подсохшая было корочка в уголке лопается, и выступает алая капелька крови.

Сажусь рядом. Пожимаю плечами.

— Ну, похоже, сейчас меня будут отчитывать за твою драку. Было бы неплохо узнать, что же произошло. — Женька сопит, отворачивается к окну и сжимает в кулаки руки со сбитыми в кровь костяшками. Не знаю, кто был его противником, но, похоже, ему не повезло.

— Извините, я могу вам помочь? — подает голос девица, сидящая за стойкой.

— Меня вызвали к директору.