Никогда не верь пирату

И слишком часто бросалась в приключения, не успев хорошенько все обдумать.

– А вы? Каким вы были в детстве? – спросила девушка нерешительно, осознавая, как интересно ей услышать ответ, причем это не имеет ничего общего с заданием.

Кейд прислонился головой к спинке сиденья и пожал плечами:

– Посмотрим… Буяном, озлобленным, переполненным энергией, никогда не ладившим с братом.

– Ненавидевшим отца и вечно раздраженным на мать.

Вот этого она точно не ожидала.

– Вы ненавидели отца?

– Да, – процедил Кейд.

Даньелл не станет ни о чем допытываться. Очевидно, она ошибалась: не все дети любят родителей.

– Почему вы раздражались на мать?

Кейд вздохнул и выглянул в окно, словно призывая воспоминания о прошлом.

– Мать была… слабой. Я часто умолял ее оставить моего отца. Защищаться. Как-то противостоять ему.

Сердце Даньелл гулко забилось.

– Он был склонен к насилию и буйству. И его склонности проявлялись сильнее, когда он был пьян. А пил он часто.

Даньелл сглотнула. Она была слишком хорошо знакома с насилием. Жить на судах означало каждый день видеть стычки мужчин и мальчишек, но силы их были примерно равны. Она представить не могла, чтобы взрослый человек мог хладнокровно избивать ребенка или женщину. Как запуганы, должно быть, были Кейд и Рейф! Маленькие, беззащитные, трясущиеся от страха.

Она подумала о своем отце, терпеливом, любящем и добром. Невозможно представить ребенка, который боится родителей.

– Пытался драться с отцом. Защитить мать. По мнению Рейфа, она была святой. Он оставался в доме слишком долго, чтобы ее защищать.

Губы Кейда скривила невеселая улыбка.

– Я ушел в тот момент, когда понял, что смогу выжить. Я всегда оставлял героические подвиги брату.

Лежавший на коленях ридикюль был забыт.

– Куда вы пошли? На кого могли положиться?

– Я был повсюду. Полагался на себя и нескольких верных друзей.

– Полагаю, можно сказать, что у меня много хороших друзей.

– Откуда у вас столько друзей?

Кейд коснулся полей шляпы:

– Сомневаюсь, что вы поверите, если я расскажу.

– Расскажите, и я обещаю поверить.

Он пристально всмотрелся в ее лицо.

– Я встретил лучших друзей в тюрьме.

– Это вас удивляет? – вскинул брови Кейд.

– Хотите спросить, как я там оказался? Не стесняйтесь, – кивнул он ей.

– Что вы сделали? – нерешительно спросила Даньелл. Неудивительно, что Гримальди попросил приглядывать за ним.

– Украл. Хлеб. Потому что голодал. Украл для себя и еще одного умирающего с голоду мальчишки. И не жалел об этом. Жалел только о том, что меня поймали.

– И за это вас бросили в тюрьму?

– Хорошо еще, что не отрубили руку.

– Сколько вы там пробыли?

– Два года? Жестокий приговор за кражу обычного хлеба.

– Приговор был десять лет. Я сбежал через два.