Ничья…

А ее тело от его движений ритмично качает. Он знает, что она чувствует свою грудь, как никогда, ощущает движение зажимов на сосках, ее киска от вращения шариков внутри при каждом толчке судорожно сжимается от непроизвольных фрикций. Еще мгновение – и его поясницу простреливает жгучая волна удовольствия. То же самое происходит и с ней. Он видит, как по ее телу пробегает дрожь, как сжимаются ее бедра, как из занятого его достоинством рта вылетают стоны облегчения и наслаждения.

– Я всегда выполняю обещания, Влада….

Трусики были разорваны и полетели в сторону. Он поднял ее и заставил раздеть его, зубами… Пуговица за пуговицей… Она снова умоляла его избавить ее от ненавистных предметов, но он лишь насмешливо покачал головой и сказал, что ей надо постараться побыстрее справиться с задачей, потому что пустоту у нее там – властно зажал рукой вагину – сможет заполнить только его член…

И она со стоном наслаждения, похоти, желания и досады стала не спеша его раздевать, стараясь делать как можно меньше движений, хоть и безрезультатно, покрывая оголяющиеся участки его тела влажными поцелуями, еще больше распаляясь сама, еще больше распаляя его. Он снова тяжело дышал, всего пару минут назад накативший оргазм не смог утолить его голод и на малую толику. Он хотел ее, хотел целиком, и в то же время, хотел ее мольбы, хотел ее абсолютной капитуляции, хотел ее всецелой сдачи.

– Прошу, Васель, хабибииии… Войди в меня…

Обхватывает свой член рукой, крепко сжимает губы.

– Разве не это я сделал пару минут назад, Влада? Я ведь уже был в тебе… Попроси правильно, если хочешь получить то, о чем просишь…

Болезненно стонет. Откидывается на спину, холодная простынь остужает ее горящее тело. Бесстыже раскидывает ноги в стороны, протягивает к нему руки, губы раскрыты, грудь колышется в такт дыханию, а бриллиантовые зажимы мерцают от этого движения, отражаясь в каскаде зеркал, окружающем их.

– Хочу, чтобы ты вошел в меня, Васель. Пожалуйста, молю… Я умираю без тебя… Не могу больше терпеть… Хочу почувствовать твой член глубоко в своей киске… Все эти проклятые месяцы хотела… годы… Пожалуйста…

Он срывается с цепи с гортанным рыком. За секунду оказывается нависшим над ней – одно движение, и ее горячее лоно покидает игрушка, а освободившуюся пустоту сразу заменяет его член – быстро, резко, глубоко.