Няня поневоле (СИ)

Набью морды Шмелевым и, подхватив на руки Линару, рысью метнусь обратно в тачку. Пацаны прикроют.

— Ваши документы, — слышится над ухом. Патруль, чтоб его! Протягиваю паспорт худенькому полицейскому. Смешному и лопоухому. Но со строгим взглядом. С таким не пошутишь и не уговоришь. Да и не надо.

Гляжу на Линару во все глаза. И пока полицейские внимательно разглядывают мой паспорт, поднимаю руку, показывая браслет. И вижу, как в ответ к мутному окну прижимается тонкая женская рука. Самого браслета я, естественно, разглядеть не могу. Но точно знаю, что он там есть. А это значит, моя жена ни с чем не смирилась. Ждет, когда я за ней приду.

— Уже скоро, милая, — шепчу, еле-еле шевеля губами.

— Пройдемте, — слышу вежливую команду.

— Ща, ребятки, — прошу, снова глядя на любимую. И лишь когда поезд трогается, со смиренным видом подчиняюсь стражам порядка.

И как только наш небольшой отряд подходит к узловому отделу полиции, ко мне со всех ног спешит Саня.

— По какому поводу задержали? — спрашивает он, сверля взглядом старшего патрульного. — Что за номера — останавливать граждан?

— Проходите мимо, — бурчит тот.

— Сейчас ты у меня пройдешь, лейтенант, — рыкает мой новый товарищ. И достав из кармана удостоверение, тыкает красной ксивой в нос полицейским.

— Здравия желаю, товарищ майор… — блеет самый сметливый, а тот, что поглупее, бросает.

— У нас команда была задержать.

— Хочешь об этом рассказать на допросе? — хмыкает Саня. — Оформлю как чистосердечное.

— Мы ошиблись, — тут же заискивающе сообщает другой и быстро сует мне в руки паспорт.

— Лихо ты их распугал, — на ходу роняю я. — Интересно, что такого страшного написано у тебя в удочках.

— Подразделение внутренней безопасности, — радостно улыбается Саня. — Тебе же от наших защита была нужна. Вот батя и отправил меня. Тут на местах мой майор повыше любого генерала будет. Они тебя наверняка по всему пути следования ждут.

— Теперь перестанут. Узнают, какой у меня оберег, — шутливо бурчу я, направляясь к Рэнджу. — Отвези нас обратно, батя, — прошу, нет, скорее умоляю я незнакомого мужика, в одночасье сделавшегося самым близким человеком.

— А куда вам, пацаны, дальше лететь? — спрашивает он серьезно.

— В Липки, — бросаю я нетерпеливо.

— Если сейчас сразу поедем, то обгоним поезд. Он на переправе будет стоять. А пока вы на летное поле доедете, потом взлетите, только время потеряете. Можете не успеть.

— Тогда гони, отец, — соглашаюсь я, точно зная, что удача на моей стороне.

— Я что-то не понял, — ноет Ступа, почесываясь. — Почему мы не сели в поезд? Купили бы билеты. А на следующей станции, как там ее… отбили бы твою жену, Назарет.

— На это и был весь расчет. Нас бы туда не пустили, — сквозь зубы цедит Ворон и снова задумчиво глядит в окно.