Нежность в хрустальных туфельках

Глотаю слишком громко, потому что от вида его немного худощавого, но крепкого тела шумит в ушах. Провожу пальцами по груди, позволяю себе вольность немного поцарапать смуглую кожу.

— Можешь сильнее? — перестав улыбаться, просит он.

— Тебе не будет больно?

Он нервно смеется, кладет свои ладони поверх моих и немного сжимает.

— Мне больно быть со стояком в джинсах, детка, а если на мне останутся твои следы, я просто кайфану.

Зачем-то киваю и осторожно царапаю его грудь. Веду ладонями до самого живота, дрожу так сильно, что старенький диван начинает немилосердно поскрипывает."

"— Когда буду тебя трахать, соседи обзавидуются, — смеется Даня, намекая на «музыку», которую мы устроим.

— Мы можем пойти на пол, — предлагаю альтернативу, но в глубине души хочу этих скрипов.

Ленский фыркает. Видит мою неловкость, потому что путь к его голому телу преградил ремень на джинсах. Одну руку заводит мне на затылок, прижимает губы к моим губам, посасывая нежно и осторожно, а другой подталкивает мою ладонь ниже.

— Потрогай меня, пожалуйста, — хрипит мне в рот.

Кладу ладонь поверх заметной выпуклости на его джинсах.

Ленский вздрагивает, я в растерянности убираю руку.

— Нет, детка, все хорошо. Еще сильнее.

Смелее обхватываю его член через джинсы, сглатываю, потому что там точно не мальчик-с-пальчик.

— Что? — слышу смешинки в его поцелуях. Отстраняется, смотрит на мои пальцы у себя на ширинке и с чертями в глазах, прикусив губу, пошлит: — Как насчет проверить размер в деле?

Эта пошлая шутка разбавляет градус напряжения и действует на меня как выпитый залпом бокал шампанского: кружит голову, расслабляет, делает смелее. Я сдавливаю его сильнее — Даня чертыхается, облизывает мои губы и шепчет:

— Я сидел на твоих уроках вот с этой херней в штанах и мечтал о том, как ты оставишь меня после уроков и сделаешь все то же самое.

Туман в моей голове окончательно глушит стыд. Берусь за его ремень, неловко рву пальцами пряжку, но ничего не получается. Даня со смешком легонько опрокидывает меня на спину, тянется к заднему карману, достает презерватив.

У меня поднимается температура, когда он зажимает серебристый квадратик губами, легко расстегивает ремень, справляется с молнией и стаскивает джинсы вместе с трусами примерно до середины бедер. Разрывает фольгу зубами — и я до крови кусаю губы просто наблюдая за тем, как он раскатывает латекс по внушительному размеру. Хочется попросить его быть осторожнее. Размер, конечно, не главное, но — господи боже! — я хочу его внутри до самого основания, до треугольника темны коротких волосков в самом низу мускулистого живота.

Даня берет меня под колени, тянет на себя, приподнимая бедра так, чтобы мои колени лежали поверх его колен. Проталкивает внутрь сразу два пальцы.