Я буду нежной, мой принц

Зато потом они стали так близки, как только могут мать и сын. И нам с Кором тоже её заботы не раз перепадало. И исцеляющих объятий. Особенно, когда мы все втроём с Рэном учились в Академии, где без травм не проходило и недели.

– Точно? Давай я всё-таки посмотрю, – королева Анэллия, закончив лечить Лялю, бережно поправляет одело крохе и осторожно поднимается с кровати. – Лекарю принца Корима ведь неизвестно, что за удар на тебя обрушился на самом деле. Пойдём, устроимся в соседней гостиной.

Можно сколько угодно обманываться её мягкостью, но уж я-то очень хорошо знаю, что спорить с матерью Рэна бесполезно. Если она твёрдо вознамерилась позаботиться о моём здоровье, проще сразу сдаться, чем доказать ей, что я не нуждаюсь в лечении. У этой женщины просто талант убеждать в том, что ей угодно.

Поэтому я лишь вздыхаю обречённо и тоже поднимаюсь, чтобы последовать за лучшей целительницей Сэйнара.

– Ложись вот здесь, – указывает она мне на один из диванчиков в гостиной, примыкающей к спальне Лалерин.

И как только я выполняю это распоряжение, невольно поморщившись от соприкосновения излишне чувствительной кожи бёдер с поверхностью дивана, на мою голову и солнечное сплетение тут же опускаются нежные ладони, омывая потоками света. А сама Анэллия присаживается рядом, как перед этим сидела возле Ляли.

Ох, я уже даже успела забыть, как сразу хорошо становится от её лечения. Ни один целитель из тех, чьими услугами мне доводилось пользоваться, не делает это так всеобъемлюще и щедро, как королева Сэйнара. И мало кто способен так хорошо чувствовать состояние пациента. Не зря же она эмпат.

И зря я об этом забыла.

– Мэл, могу я тебя кое-что спросить? – слышу тихий вопрос, вырывающий меня из состояния лёгкого блаженства.

– Конечно, ваше величество, – произношу, не открывая глаз и невольно смущаясь.

Я уже даже догадываюсь о чём пойдёт речь. Сложно не заметить, что пятая точка у меня больше не болит. Как и всё остальное.

– Не сочти это за вмешательство в твою личную жизнь. Но я кое-что почувствовала. И почувствовала что… ты очень подавлена сейчас. Я ощущаю твою боль и обиду на кого-то, и не могу остаться в стороне. Вы с Кором мне не чужие, ты же знаешь, – королева сжимает мои руку. Вздыхает тяжело с искренним беспокойством. – Скажи, тебя… никто не принуждал ни к чему против твоей воли?

Попробовал бы меня кто-то принудить. Без причиндал бы остался.

– Нет, ваше величество. То, что вы почувствовали… я сама этого хотела, – и чтобы она даже не подумала, будто бы я выгораживаю одного тиранистого принца, добавляю: – Просто… У меня есть некоторые необычные пристрастия в интимном плане. Мне нравится, когда мужчина ведёт себя жёстко. Не беспокойтесь об этом.