Нежная стерва, или Исход великой любви

Малыш, я присмотрю за ней, все ништяк, братан, – произнес он, глядя на черный крест, и у Марины мурашки пробежали – она-то думала, что только сама разговаривает с мертвым Егором…

– Поехали в офис, Женька, – тяжело вздохнула она, опираясь на свою трость. – Мне пора начинать жить.

За три месяца Коваль ухитрилась-таки разобраться в делах «МБК», насколько это было возможно при отсутствии элементарных знаний в строительстве, экономике и юриспруденции. Хорошо, что Егор в свое время набрал в штат грамотных спецов, они-то и помогли, объясняя все буквально на пальцах. Голова трещала от обилия информации, Марина потеряла сон и аппетит, наличием которого и так не страдала, в связи с чем похудела до катастрофического размера. Хохол орал истошно, чуть не силой привозил в «Шар», заставляя есть хотя бы суши, запихивая их в хозяйку с руганью и даже с матом иногда.

– Ты угробишь себя на хрен с этой чертовой конторой! – ревел он, сверкая глазищами. – На кой черт тебе эта богадельня?! Своего мало, что ли?

– Я не могу бросить дело на произвол судьбы, Женька, – вяло отбивалась Марина, уставая от бесконечных разговоров. – Я обещала Егору, что все будет в порядке, и я…

– Ой, не гони, я знаю – Коваль слово держит! – отмахивался он. – Но берегов-то не теряй – я уже боюсь трогать тебя, боюсь сломать тебе что-нибудь!

Дела в корпорации шли неважно – Малыша знали как толкового и делового человека, чье слово не нарушалось ни при каких обстоятельствах, а вот Марина… Для многих ее персона была просто красной тряпкой, вывешенной перед быком, клиенты опасались подвохов, возможных проблем с ментами и ОБЭПом, да просто одно ее имя заставляло задуматься о том, стоит ли размещать свои заказы в «МБК». Словом, криминальное настоящее мешало от всей души. Конечно, объемы строек резко упали, доходы – тоже, корпорация едва держалась на плаву, пытаясь не дать сожрать себя конкурентам. Но и этих, к счастью, тоже почти не было – тут репутация Коваль была как нельзя кстати.

Да еще и Бурый начал притеснять, требуя отдавать в общак долю от корпорации, что было уже выше крыши. Малыш платил Марине лично, это были ее деньги, а Марина своего еще никому и никогда не отдала. С Бурым она поговорила крупно, решительно заявила, что денег от «МБК» он не увидит. Бурый осерчал, пообещав неприятности, но Коваль только фыркнула в ответ – не боялась. Она вообще потеряла всякое чувство страха, у нее повода не было опасаться за свою жизнь, и никогда она не боялась за нее. Егора не было больше – Марину ничего не держало в этой жизни. Она устала, так устала…

Оторвавшись от бумаг, Коваль сжала пальцами переносицу и зажмурилась. Все, хватит на сегодня.

– Хохол, домой поехали! – Она встала, убирая в сейф документы.