Неземная гроза

Лучше оставить звонок до завтрашнего дня. Может быть, она будет лучше владеть собой после хорошего сна.

Однако сон не приходил. Горячий шоколад не помогал. Незнакомая постель не располагала ко сну. И лунный свет не успокаивал. Полночь пришла и ушла. Лейла была вынуждена встать с постели. Некоторое время она прохаживалась по комнате, затем подошла к застекленной створчатой двери, открывающейся на веранду.

Наверное, ничего не случится, если она оставит Адель на несколько минут? Девочка крепко спала и, по всей видимости, будет спать и дальше. Если она проснется и вскрикнет, успокаивала себя Лейла, она услышит ее в безмолвной тишине ночи. Она надела шелковый халат, который должен был защитить ее от прохлады ночного воздуха, и тихонько вышла на веранду.

Вид обширных виноградников в лунном свете так поразил ее, что она остановилась как вкопанная. Взгляд ее скользил по бесчисленным рядам виноградных кустов, взбирающихся по дальнему склону холма и убегающих назад к изысканному совершенству симметрично разбитых парков и садов у дома. Потребовалось несколько поколений, чтобы построить такую усадьбу и возделать такие прекрасные виноградники. За всем этим стояла история и традиции.

Пройдет несколько лет, и Адель, несомненно, будет гордиться своими владениями и напрочь забудет о времени, проведенном в пустыне со старой аборигенкой. И меня забудет тоже, подумала Лейла с горечью. Но, как говорит Мириам, жизнь продолжается. Ничего нельзя возвратить назад.

Громкий скрип заставил Лейлу резко оглянуться. С плетеного кресла, стоящего дальше на веранде, поднялся человек. Сердце Лейлы затрепетало, когда она узнала Джима, направляющегося к ней. Кажется, на нем не было ничего, кроме махрового халата. Всем телом ощущая неловкость оттого, что лишь тонкий халатик был накинут на ее ночную рубашку, Лейла попятилась назад в спальную комнату, которую она делила с Аделью.

— Прошу вас, останьтесь!

Настойчивый шепот заставил ее замереть.

— Чего вы хотите? — спросила она.

— Вы, вероятно, чувствуете себя такой одинокой, Лейла. Я не подозревал, что обстоятельства так изменились. И что я и моя семья вторгаемся в вашу жизнь в такое трудное для вас время и бередим раны.

Его сострадание задевало ее за живое. Но он ничем не мог помочь.

— Было бы лучше, если бы я не встретилась с вами снова, — сказала она без всякого выражения.

— Я причинил вам боль?

Его глаза пытливо всматривались в ее глаза, ища в них тайну души.

Лейла повернула голову, не желая показывать ему, как глубоко его воздействие на нее. Она глядела на длинные тени деревьев на лужайках внизу. Джим Фарли омрачил последний год ее супружеской жизни. Теперь он рядом с ней так близко, что слышно биение его сердца, но так же недоступен, как и раньше.