Неземная гроза

 — Затем, желая сказать то, что было для нее исключительно важным, она добавила: — Я любила его.

— Я знаю, Лейла, — мягко успокаивал ее Джим, — у него не могло быть лучшей жены.

Почему-то это тихое утешение облегчило ее страдания. Джим понимал: она была права в своей любви к Дейлу. Больше не имело смысла так переживать из-за того, что случилось между ней и Фарли в прошлом. Лейла чувствовала, что Джим одобрял ее поведение. Больше, чем одобрял. В его глазах читалась забота, глубокая тревога о ней и желание, чтобы она приняла эту заботу.

— Я тоже сожалею, — отрывисто сказала Катрин. Она встала рядом с Джимом, обхватив его руку своей, показывая всем, что они оба признают ее роль в жизни Джима. В ее глазах отражались попеременно то страх, то агрессивность.

— Если бы я только знала о вашей недавней тяжелой утрате… — Она сделала извиняющийся жест другой рукой. — Пожалуйста, простите меня, госпожа Дитерли.

Лейла заметила, что остальные члены семейства Фарли наблюдают за ними, захваченные неожиданной вспышкой чувств как Лейлы, так и Джима. Поведение Катрин еще больше разжигало их интерес. Они не спускали глаз с каждого из трех участников этой сцены. Адель беспокойно зашевелилась на руках у Лейлы, напомнив ей, что она должна уложить ребенка спать.

Чувствуя себя крайне неловко из-за того, что она вызвала такой переполох, Лейла быстро кивнула Катрин, принимая ее извинения.

— Спокойной ночи, — сказала она неуверенно и стремительно покинула комнату.

Поднимаясь вверх по лестнице, она яростно ругала себя за то, что вынесла свое личное горе на всеобщее обозрение, превратив его в спектакль для посторонних людей, которым не было никакого дела до нее или ее жизни.

За исключением Джима.

Он беспокоится о ней.

Но он не должен этого делать.

На которой он собирается жениться.

Адель заснула почти сразу же. Лейла сидела рядом с ней, хотя и не следила за девочкой. Да это и не было нужно. В эту первую ночь она находилась в спальне на случай, если ребенок проснется в темноте и придется его успокаивать. Никто не хотел рисковать, волнуясь за состояние Адели на этой ранней стадии выздоровления.

Лейла знала, что самое разумное сейчас — это лечь спать, но она не могла заставить себя двинуться с места. Проще было наблюдать за лунным светом, струящимся через шторы, и не думать вовсе.

Легкий стук в дверь вернул ее к действительности. Джим?

Маловероятно, посмеялась она над собой. Катрин не отпустит его от себя ни на миг. Но, с другой стороны, они могли прийти вместе навестить девочку. Лейла вздрогнула при мысли об этом.

Легкий стук повторился.

Не открывать, приказала себе Лейла, раздражаясь. Кто бы это ни был, он не мог знать, что она не спала. И так слишком много сил и энергии отдано сегодня семье Фарли.