Незавидный холостяк

 – Важно, нравится ли тебе, а не понятно и предсказуемо ли! Только это важно! Твой путь или не твой!

– Я не знаю! Я теперь ничего не знаю! – заорала она в ответ, сжимая кулаки и притоптывая ногой.

– Не знаешь, нравится ли?

– Нет! Да! Зачем это все? Зачем!

– Я хотел, чтобы твоя жизнь была осмысленной.

– А кто ты такой, чтобы решать, какая у меня должна быть жизнь?!

– Человек, которому было не все равно, что ты всю жизнь спала. А теперь проснулась.

– Я хотела спать! Почему ты свою жизнь считаешь правильной, а мою нет?!

Такие разговоры ведут в тишине и темноте, под вино и тихую музыку, а не на взводе и в присутствии посторонних. Я нутром чувствовал, как хочется Леону вставить словечко-другое. Кое-то из сказанного Варварой он и сам мне говорил когда-то.

– Неправда, Варвара, – я покачал головой. – Я никогда такого тебе не говорил. Нет правильной и неправильной жизни. Есть твоя и не твоя. Свою надо еще найти. Ты нашла? Если нет, может быть, попробовать еще что-то?

Но я терял ее, она ускользала сквозь пальцы, мои слова не достигали цели и хотелось орать, хотелось связать ее, усадить напротив и повторять одно и то же раз за разом, другими словами, с другими чувствами, чтобы достучаться, объяснить. Но…

– Отвяжись! – она открыла сумку, вытащила мою кредитку и швырнула в меня. – Забирай! – судорожно порылась, достала телефон, ломая ногти выколупала из него симку и тоже швырнула ее в мою сторону. Маленький кусочек пластика не долетел, так и оставшись валяться на сером ковролине под ногами.

– Все, теперь все! – она всхлипнула, но быстро вытерла глаза. – Между нами все! И не появляйся в моей жизни, понял? Ты мне противен!

Я потер лоб, прикрыл на мгновение глаза, но собрался:

– Зачем ты так? Мы же можем общаться дальше, Варвара. Давай поговорим…

– Не можем! Не можем, Кир! Не поговорим!

– Ты же меня…

– ЗАТКНИСЬ! – заорала она, закрывая уши руками и зажмуриваясь, словно ждала, что я сейчас достану плакат с цитатой о том, что она меня любит. – Все кончено! Совсем!

И она рванулась к входной двери.

– Подожди! – Я шагнул к подоконнику и взял с него маленький горшочек с зеленым ростком. – Варвара!

Она задержалась на пару секунд в коридоре, и я протянул горшочек ей.

– Что это?! – с брезгливым ужасом спросила она.

– Манго. Я его вырастил… Ну… – я поправился. – Брат вырастил. Он поливал. Помнишь, в день свадьбы ты попросила косточку от манго, чтобы его вырастить?

– Какой свадьбы? Не было никакой свадьбы, Кир! – фыркнула она и дернув дверь, выскочила на лестницу.

– Варвара! – крикнул я следом. – Забери его. Я оставлю тут.

Выставил горшочек на лестничную площадку и закрыл дверь.