Шолохов. Незаконный

Однажды Платон Платонов и его товарищ Игорь Архипов (сын писателя Николая Архипова, настоящее имя – Моисей Лейзерович Бенштейн) написали Пёрцгену письмо, где сообщили, что знают некие государственные секреты, которые готовы выдать за оплату. Письмо передали горничной. Горничная отнесла письмо в НКВД.

На допросе Платон пояснил, что написал письмо в нетрезвом виде, в женском туалете бара на Тверской, под диктовку Игоря Архипова-Бенштейна. Андрей Платонов уверял впоследствии в письмах, направляемых в самые разные инстанции, что Платона «спаивали, одурманивали, провоцировали, разжигали в нём детское самолюбие и мальчишеское влечение к позе».

Игорь в их группе был ведущим. Вскоре после ареста он признался в намерении «заразить водохранилище гор. Москвы холерными и тифозными бациллами. Для исполнения этого предполагалась вербовка в организацию врача-бактериолога и устройство своего человека на фильтр». На первом этапе следствия всю эту информацию от семьи Платоновых скрывали.

Самого Платонова, несмотря на случавшиеся ранее неоднократные проработки в советской прессе и, более того, личную сталинскую критику, никто не трогал. Его литературная репутация никакого отношения к делу не имела.

Следствие велось, насколько это можно сказать применимо к той эпохе, всерьёз. Согласно материалам дела, следователи никогда не спрашивали Платона об отце и о его приятелях из литературного мира. Показания самого Платона позволяют считать их искренними: «На меня повлияли процессы правых троцкистов. Я в нашей печати читал отзывы иностранной прессы и воспринял эти отзывы с антисоветской точки зрения. Повлияли на меня также аресты многих людей».

«Когда Тошеньку арестовали, – вспоминала Мария Александровна Платонова, жена писателя, мать Платона, – вскоре пришёл к Андрею Шолохов: “Андрей, я буду у Сталина… хочешь, я попрошу у него за Тошку?”».

Платонов сказал: проси.

Шолохов обратился к Ежову. Тот пообещал разобраться. Но никаких действий по делу Платона Платонова не предпринял.

Ежов отлично понимал, с какой целью Двинский направлен в Ростов. Дейч арестован. Двинский выкорчёвывает Евдокимова. Всё это может плохо обернуться для Ежова. По поводу Шолохова Ежов для себя решил: это ненужный человек. Если его уберут – будет только лучше. Зря Евдокимов столько мешкал.

8 апреля Ежову, не снимая его с должности наркома внутренних дел, предложили возглавить ещё и Наркомат водного транспорта СССР. Теперь он стал дважды наркомом.

– В новом наркомате тебе нужен надёжный зам, Николай. Помнишь, ты просил, чтоб Евдокимов стал твоим замом?

– Я просил его в качестве зама в НКВД.

– Думаю, он будет хорошим замом в Наркомате водного транспорта.