Шолохов. Незаконный

Быки бьют коров, и те «скидывают», телятся на шляхах, в степи, зачастую за 10–20 вёрст от жилья, разумеется, издыхают… на прогоне. Между сл<ободами> Ольховый Рог и Новопавловка (30 вёрст) я видел 3 коровьих трупа. В самой слободе Новопавловке до вечера лежала, издыхая, краснонемецкой породы отличная корова, стельная, запоротая быками.

Телят ростят вместе с детишками в хате, от детишек отрывают молоко телёнку и наоборот. Вам понятно, конечно, какое воздействие на психику колхозника производит вид дохнущего по дорогам скота.

Горько, т. Сталин! Сердце кровью обливается, когда видишь всё это своими глазами, когда ходишь по колхозным конюшням, мимо лежащих лошадей; когда говоришь с колхозником и не видишь глаз его, опущенных в землю.

По слободам ходят чудовищно разжиревшие собаки, по шляхам валяются трупы лошадей. А ведь зима не дошла и до половины.

т. Сталин! 10 пудов зерна на лошадь или быка, даже не зерна, а отрубей или отхода, спасут оставшийся скот. Но в крае, видимо, забыли арифметику и не учитывают того, что 10 п. зерна стоят 10 рублей, а лошадь – 150–200.

Пошлите комиссию в б. Донецкий округ и Вы убедитесь в достоверности того, что я Вам сообщаю».

Едва письмо достигло адресата, Шолохова вызвали в Москву.

С вокзала автомобиль привёз его на Малую Никитскую, 6, в особняк, приготовленный для Горького. Предположительно Горький должен был окончательно вернуться в СССР ранней весной. Гостя встретил начальник секретно-оперативного управления, а по факту руководитель ОГПУ Генрих Григорьевич Ягода – Сталин дал ему поручение разобраться.

В 1929 году Ягода занимался делом Трудовой крестьянской партии, в прошлом, 1930-м, – делом «Пищевого треста», по которому проходил ряд организаций, виновных в голоде, и, наконец, делом Промпартии – о вредителях. Описанное Шолоховым в письме было непосредственной сферой деятельности Ягоды.

На допрос или на беседу в ОГПУ вызвать известного писателя – перебор: замкнётся и не станет говорить. Но не в ресторан же идти, не в редакцию журнала «Октябрь» и не на конспиративную квартиру! Дом Горького – который вскоре станет постоянным местом для общения Сталина с литераторами, – идеально подходил для этой цели.

Ягода был хорошо знаком с Горьким: в июне 1929-го организовал его поездку в Соловецкие лагеря особого назначения, где они насыщенно провели время. Затем находились в плотной переписке – вплоть до того, что Горький отправлял Ягоде копии своих писем Ромену Роллану, как бы вводя в курс интеллектуальных споров. Ягода вырос в Нижнем, и в письмах Горький называл его «мой дорогой землячок».

Содержание разговора и обстоятельства встречи Шолохова с Ягодой неизвестны, но предположить возможно.

Шолохов рассказал, что творится на Дону, Ягода что-то записал, что-то запомнил.