Шолохов. Незаконный

Рекомендацию ему дал сам товарищ Троцкий. Будучи всего на два года старше Шолохова, к тому времени Авербах занимал прочнейшее положение в литературной среде, являясь ответственным редактором журнала «На литературном посту». Его соратники-«напостовцы» были оплотом ортодоксального, воинствующего левачества.

Один из основателей Всероссийской ассоциации пролетарских писателей (ВАПП), Авербах со временем выдавил своих конкурентов, став главой этой организации. В группу Авербаха входили на первых порах упоминавшийся Лузгин, молодые писатели Фадеев и Юрий Либединский, драматург Владимир Киршон. Бритый наголо, улыбчивый, круглоголовый молодой человек в очках – Авербах был типической фигурой того времени: идейный карьерист, неистовый и безапелляционный.

Поэт Джек – на самом деле Яков Моисеевич – Алтаузен был на два года моложе Шолохова. В детстве некоторое время жил в Китае, служил прислугой на пароходе. Вернулся в Советскую Россию, вступил в комсомол. В 1923-м приехал по комсомольской путёвке в Москву. Достаточно скоро обрёл заметное поэтическое имя. Евреем был и приятель Шолохова, красавец, комсомольский активист, редактор и писатель Марк Колосов.

Венгерского писателя Мате Залку – улыбчивого и добродушного человека, самого старшего в этой компании, 1896-го года рождения, – звали на самом деле Бела Франкль, и он тоже происходил из еврейской семьи. Мате-Бела воевал с 1914 года в составе австро-венгерской армии сначала на итальянском фронте, а затем, против русских, – на Восточном. В 1916 году попал в плен, увлёкся большевистскими идеями, вступил в РКП(б). На фронтах Гражданской воевал за красных. Ни Колосова, ни Залку военная судьба на Дон не заносила. Марк воевал на Западном фронте, а Мате-Бела – сначала в Сибири, а потом на Украине.

Был ли Шолохов расчётлив? Конечно. Но главное состояло в том, что теперь он отвечал за свой роман. За всех там описанных и тем самым сохранённых навек.

Эти люди, – Леопольд, Джек-Яков, Марк и Мате-Бела – роман приняли и готовы были в литературной борьбе стать на шолоховскую сторону.

Чем бы они ни руководствовались – Шолохов был им за то безусловно благодарен. Он только начинал свой путь. Он очень нуждался в поддержке.

Тем летом Шолохов сообщит жене, что хочет вступить в партию, потому что работа его – партийная. В стране, где партия управляла всем, литературная работа неизбежно становилось частью партийной деятельности.

Желал ли Шолохов продать подороже партии своё перо? Нет.

Надеялся ли, что партия позволит ему сказать всю, столь необходимую народу правду? Да.

Он был хорошо опьянён успехом.

В Москве сначала, по старой традиции, жил у Кудашёва, потом снял комнату.