Невыживший

На пятом месте оказалось Красное копье Диармайда, которое тот получил от приемного отца, Ангуса Ога, и использовал, если дело касалось жизни и смерти.

Шестое место заняло копье Маэлодрана, которое могло убивать по собственной воле или благодаря контролю над ним демона, убивавшего всех, кто пробовал пройти без приношения.

Было еще несколько японских копей, но они показались Самсонову не слишком перспективными, хотя руководствовался он исключительно интуицией. Старший лейтенант был слегка разочарован, поскольку ни в одном описании ему не встретилось число «восемь». Самсонов решил изучить его символику и ввел в поисковик новый запрос. Почти полтора часа ушло у него на составление еще одного конспекта. В результате полицейский распечатал листок, на котором постарался представить сведения в максимально сжатом виде.

Получилось, что восьмерка, помимо всем известного значения бесконечности, может означать следующее:

1. Духовный и материальный миры в их единстве.

2. Предначертанную и неизменную судьбу.

3. Обретенный рай и возобновление.

6. Совершенного человека.

7. Совокупность возможностей.

8. Непрерывное движение вселенной.

Самсонов даже внимательно сравнил по фотографиям расположение ран на телах убитых с различными изображениями восьмерки, которые отыскал в Интернете, но не обнаружил ни одного совпадения.

Отвалившись на спинку дивана, он шумно выдохнул и потер уставшие глаза. Если и была какая-то связь между копьем и восьмеркой, то видел ее пока что только убийца.

У Самсонова зазвонил в кармане телефон. Это был Полтавин.

– Алло? – ответил старший лейтенант. – Осчастливь меня.

– Выслал тебе отчет на электронную почту. Наслаждайся.

– Слушай, только один вопрос.

– Я уверен, ответ на него ты найдешь в отчете.

– Просто ответь мне, ладно?

– Что, так не терпится?

– Ладно, – сдался криминалист. – Что ты хочешь знать, о, мой нетерпеливый мучитель?

– Это могло быть копье?

– Копье? Ты про орудие убийства?

– Естественно, про что же еще?

– Кто знает, какие мыслишки бродят в твоей голове.

– Дай подумать. Насколько я знаю, наконечник копья имеет листовидную форму, то есть либо в одном, либо в двух поперечниках расширяется, причем бывает хоть немного, но шире древка, так?

– Так, – был вынужден согласиться Самсонов.

– Тогда нет, убийца не мог орудовать копьем.

Старший лейтенант едва не выругался вслух.

– Почему? – спросил он разочарованно.

– Потому что раны абсолютно круглые, никаких разрезов или разрывов от расширяющегося наконечника.

– Ясно, – упавшим голосом проговорил Самсонов.

– Не надо делать выводы, прежде чем получишь достоверные сведения для анализа, – наставительно сказал Полтавин.

– Знаю! – буркнул Самсонов.

– Скорее орудие убийства похоже на кол.