Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

— Злату? — Ян приблизился вплотную. Его горячие ладони легли на плечи. — Она же не является студенткой.

— Так сделай её студенткой!

Слова прозвучали воинственно и экспрессивно.

— Приказываешь ректору? — Ян хищно улыбнулся. — Ай-ай-ай, какое нарушение субординации! — его руки начали нагло расстёгивать пуговицы на её кофточке. — Какая непростительная дерзость!

Он стянул с неё кофту, обнажая плечи и шею. И там, где только что были его руки, она почувствовала его губы.

Чёрт! Как заводит! Но Лера держалась.

— Ян, у неё способности. Проснулась магия. Она проявила себя добросовестной и ответственной в качестве вольного слушателя, значит, и студенткой будет прилежной…

Последние слова были больше похожи на ахи. Тоцкий продолжал мучить её шею поцелуями. Тело предательски отзывалось — наливалось приятной напряжённой тяжестью. Но Лера мужественно гнула своё.

— Я готова взять ответственность за её успеваемость… Ян! — она вцепилась в его плечи, — слышишь?

Он нехотя оторвался. Поднял на неё глаза.

— А ты знаешь, что с просьбой зачислить Злату в академию ко мне уже обращались? Ты не первая.

— Не первая?

Ольшанский, что ли, для дочери расстарался?

— Да, тут уже был доброволец, готовый взять ответственность и за неё, и за её успеваемость. Уверял меня, что по основным предметам он её уже подтянул.

— Марчел?

Во даёт!

— И что ты ему ответил?

— Сказал, подумаю…

Лера сильнее сжала его плечи.

— …но я всё ближе и ближе к положительному решению, — Ян лениво улыбнулся и вернулся к поцелуям…

Какие это были поцелуи!..

Глава 68. Прямо на экзамене

Утреннее солнце заливало веранду золотым светом. Какая чудесная в этом году осень! Словно заняла у лета беззаботного бархатного тепла. Ален встречал утро за большим круглым столом вместе с тремя своими детьми. Сегодня ожила его давнишняя мечта, казавшаяся несбыточной: большое семейство завтракает вместе, и он во главе. Какой же ты счастливчик, старый лис!

Ален переводил взгляд с одного своего чада на другого — его распирала гордость. Вот они — перед ним, неугомонные, шумные, молодые, красивые, такие разные и все одинаково нежно любимые: золотая лисичка Злата, упрямая и дерзкая зеленоглазая Валерия, его точная копия, и Вилзорт, совсем юный, а деловая хватка Ольшанских уже видна. Ух!

Прислуга сновала как заведённая, выставляя на стол яства. Ален ещё не знал в точности, что любит каждый из его вновь приобретённых детей. Потом он обязательно изучит их вкусы, чтобы баловать. А пока заказал всего. Пусть стол ломится от деликатесов.

Девочки проявляли умеренный интерес к яствам, зато Вилзорт сопровождал каждое новое блюдо довольным взглядом. Зря Ален боялся не угодить сыну с едой.