Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

Она готова?

Бум… Бум… Бум… Грудь ломило от неистового исступлённого сердцебиения. Что ж ты, сердце, так ошалело? Почему рвёшься из груди? Чтобы Лера послушала тебя? Твоих подсказок? Твоих шальных команд?"

"Глупое-глупое сердце. Да разве можно отказать такому мужчине? Разве Лера смогла бы? В нём встроено что-то такое, чтобы её тянуло к нему как магнитом, чтобы рядом с ним она вскипала. Что ей делать в земном мире, если там не будет его? На кой чёрт ей такая свобода? Она чувствует себя свободной только когда он в пределах видимости. А ещё лучше, когда он почти в плотную. Как сейчас…

Его тёмные глаза терпеливо ждали. Терпеливо? Какой там! Они требовали ""да"". Умоляли и угрожали. Типа: только попробуй сказать ""нет"", назначу десять, нет, двадцать часов отработки. И вообще, я — ректор, а ты — студентка, должна слушаться. И, кстати, что бы ты ни ответила, я всё равно буду добиваться тебя, и поверь, рано или поздно добью. Такой добьёт. Лера не сомневалась…

Она уже знала, что ответит. Почему же молчит? Зачем мучает его? Она видела, какое мучение доставляет ему каждая секунда её молчания. И это было лучшим доказательством, как она любима и желанна. Ох, Лера, ты попала. Любовь такого мужчины — это твой личный упоительный армагедон.

— Я согласна стать твоей невыносимой невестой, й-Ян.

Она наслаждалась его реакцией на свои слова. Он резко втянул воздух, зрачки расширились, а на лице появилась улыбка. Вообще-то, серьёзный момент. Он, кажется, старался справиться со своими губами, чтобы они не плыли в разные стороны, но не мог. Довольная улыбка не сходила с лица. Счастлив. Адски счастлив.

Он наклонился к ней для поцелуя. Они легонько коснулись губами. Именно коснулись. Это и поцелуем-то назвать сложно. Мало! Лера издала недовольный нечленораздельный звук. Но Ян к её протесту остался равнодушен. Он отстранился для более важного дела, чем поцелуи.

— Руку, невеста, — потребовал он.

На Лерин безымянный палец надели кольцо. Золотой ободок с аметистом Тоцких. Его губы при этом нагло прошептали:

— Моя.

Собственник.

И вот теперь, когда Лера была окольцована, Ян решил плотно заняться поцелуями. Она обвила его шею руками и тоже нагло прошептала:

— Мой.

Они так увлеклись друг другом, что не сразу услышали звуки шагов и голоса, раздающиеся из коридора. Их привёл в чувства только стук в дверь. Он был таким резким и настырным, что мёртвого бы поднял на ноги.

Лера и Ян отстранились друг от друга. Они дышали часто и прерывисто, и он при этом ещё умудрялся ругаться и сыпать проклятиями в адрес того, кто посмел помешать. Лера была с ним согласна, вот только… вообще-то, это рабочий кабинет ректора и посетители имели полное право желать аудиенции.