Невольный брак

По коридору не разносился больше лай мелкой хулиганки, постоянно норовившей унести ботинок или тапочек из моей комнаты, едва она проникала в нее. Молодой мужчина забрал Лану с собой.

Стоило карете дознавателя отъехать от замка, супруг отдал мне указание одеться в тренировочный костюм и спуститься в бальный зал. Тонли-старший снова начал развивать во мне магические способности, которые стремительно росли. Я даже сама не ожидала от себя таких успехов. Теперь разжечь камин метанием огненного шара не вызывало у меня проблем. В такие минуты я подолгу стояла и смотрела на танцующее пламя, языки которого забавно перепрыгивали с полена на полено, подставляла ему руки и невольно вспоминала тепло, исходившее от крепкого мужского тела дознавателя. Испытав единожды то чувство, что подарили секундные объятия Ламира, я хотела вновь его ощутить. Но, невзирая на свои желания, с того дня, как дала себе зарок держаться подальше от дознавателя, свела наше общение к минимуму. Да и он сам больше не искал со мной встреч. Сказал ли ему что-либо тем вечером супруг, я не знала, но с той поры мужчина значительно отдалился от меня.

От Ламира не было никаких вестей, словно он канул в неизвестность. Лишь в начале ноября дознаватель прислал отцу письмо, в котором говорилось, что дело о разбойном нападении на чету Хотдженсов приостановлено из-за отсутствия сведений, способных помочь привлечь к ответственности участвовавших в нем лиц. О завещании матери в письме не значилось ни слова. Мне оставалось только гадать: он забыл или по каким-то причинам не хотел за него браться?"

"С приходом зимы дни стали короче, а ночи длиннее. Вечер наступал так рано, что гулять одной в парке по усыпанным снегом дорожкам, пусть и освещенным магическими фонарями, я опасалась. Супруга же вытянуть на улицу было не так просто. После многочасовых занятий по магии он подолгу отдыхал. Видимо, они его сильно утомляли. Впрочем, как и меня первые дни, но постепенно я втянулась, а вот бывшему советнику с каждым днем требовалось все больше времени на восстановление. В такие моменты я была предоставлена сама себе: строчила Элании длинные письма, в которых делилась скудными новостями, описывала замок, парк, частенько поглядывая в окно, из которого он отчетливо виднелся; заучивала все более сложные заклинания; порой просто грустила. Замужество мне многое дало, но кое-что все-таки отняло. И я боялась, что затянувшиеся в середине декабря сильные снегопады не позволят осуществиться моей единственной мечте: встретиться после длительной разлуки с подругами из пансиона. Ведь зима укрывала белоснежным пушистым одеялом не только поля, луга, леса, крыши домов, но и дороги. Глубина же покрова местами достигала около метра, что значительно затрудняло проезд к замку.