Ставка на невинность (СИ)

Прям хоть сейчас сдавайся.

– Сейчас я отвезу тебя домой, надеюсь, что небритые мамы у тебя кончились. Жду тебя завтра с твоим экземпляром договора у себя в шесть часов вечера. Запомнила, Левина?

Я кисло киваю:

– Поняла. Завтра в шесть на Ленинской с договором.

– Нет, Яночка, – похабно склабится мерзавец. – Не на Ленинской. Для серьезных встреч у меня есть другая квартира. Адрес скину. Отрабатывать будешь там.

Глава 22. Ожидание последствий

– Ну и? – не унимается Медведева. – Дальше-то что?

– А дальше он довёз меня до дома, спросил, где окна, и потребовал, чтобы я посигналила ему светом. Я проверяла. Бергман потом ещё полчаса стоял под окнами.

– Ха! Сто пудов, проверял, не рванешь ли ты к Димасику!"

"– Ну этого Димасика в жопу. Я вчера так психанула, что нажралась селёдки на ночь, и его приглашение заляпала. Че делать-то?

– Полить его еще и пивом, – вносит Алка непрошенный конструктив.

– Да я не про то… – вздыхаю я.

Пива захотелось. Похоже, Герман пьяненьких не ругает. Идея, блин.

– Я поняла, что не про то. Ты договор перечитала? – строго вопрошает подруга.

– Пыталась, но ты же знаешь, у меня от этих терминов сразу все перед глазами расплывается, и в голове начинается белый шум. Я так и не смогла толком продраться сквозь эти дебри…

– И в кого-то ты у меня такая? – вздыхает Медведева, юрист по первому неиспользуемому образованию.

– В тебя?

Алка закашливается.

– И что? Никаких намёков, что ты там запорола?

– Пусто, как в вакууме.

Медведева вздыхает:

– Дай хоть потом почитать… Слушай, раз он тебя вчера еще полчаса караулил, значит, к бабе той не поехал…

– Или поехал, или не к той, – не верю я в Бергмановский аскетизм.

– Лучше бы поехал. После бабы добрее будет, – фантазирует Медведева. – И вообще я не понимаю, что у вас там за договор? Какая-такая отработка? Полы, что ли, мыть заставит?

– Нет, уж лучше я телом… – ненавижу мыть полы.

– Не вздумай, – рявкает Алка. – До Димкиной свадьбы тебе с Бергманом нельзя!

– Почему именно до Димкиной свадьбы? – заинтересовываюсь я.

– Потому что кровать ломать вы будете всего два дня, а рыдать ты потом будешь два месяца. А с грустной рожей на Наташкину свадьбу – это только ее порадовать!

– И ничего-то мне нельзя, – горюю я.

– И ноги не брей, – Медведева по-прежнему настаивает на самом надежном способе контрацепции. Волнуется.

– Да поздно, – скрепя сердце, признаюсь я. – Ещё вчера побрила.

Алка на мое признание цветисто ругается, да так, что заслушаешься. Дочь профессора филологии.

– Тогда держись за трусы.

– Как?

– Двумя руками! И джинсы надень самые узкие.

Точно. Лайфхак номер два.

Узкие джинсы-резинки элегантно и соблазнительно ни за что не снимешь.

Может, конечно, есть уникумы, но лично я стаскиваю их, наступая одной ногой на соседнюю штанину и коряво задирая ноги.