Невинная для волчьей стаи

Мне нельзя было давать ей возможность думать, размышлять, нельзя было отпускать её, но… Я все-таки отодвинулся, продолжая держать ее голову в своих руках.

— Мия. Я знаю, что в твоей маленькой головке сейчас тысячи мыслей, и не все они мне нравятся. Но я прошу тебя — верь мне. Поверь мне сейчас! Останься с нами сейчас! Нам нужно это. Необходимо.

Ее глаза были полны слез. Я клялся не причинять ей боли, и не смог сдержать слова!

— Милая, я обещаю тебе, все будет хорошо! Все будет так, как захочешь ты! Мы все для тебя сделаем и мы… Мы не отпустим тебя, правда. Мы не готовы тебя отпустить!

— А когда вы будете готовы?

Что за вопрос? Почему ей в голову пришло задать такой дурацкий вопрос? О чем она?

— Мия, что ты…

— Я просто думаю — когда вы будете готовы меня отпустить, буду ли я готова уйти от вас?

Так вот о чем она думала? Вот чего боялась!

Мне следовало сразу сказать ей, что мы не собираемся отпускать ее никогда. Но… Зачем слова, если все можно объяснить без них?

Я опустил ее на кровать, устраиваясь сверху. Положил руку на грудь, нежно поглаживая тонкую кожу. Провел рукой ниже, рисуя узоры, минуя животик, еще ниже, туда, где она хотела меня больше всего — я это знал. Мои пальцы мягко коснулись бархатных складочек. Я просто держал руку там, чувствуя, как лепестки расходятся набухая, как выступает на них влага. Осторожно я дотронулся пальцем до клитора, обвел жемчужинку. Мия выгнулась, с шумом втягивая воздух, застонала. Мой палец продолжил путешествие, проникая в лоно, я ощутил, как раздвинулись ее ножки, открывая мне дорогу, помогая.

Ник перекинулся, застонав, Мия резко повернулась к нему, но он не дал ей сказать ни слова, взяв в плен ее сладкий ротик.

— Со мной все хорошо детка, — шептал ей брат, упиваясь нежностью ее губ, — когда ты рядом — все прекрасно, когда я могу чувствовать тебя, ласкать твою кожу, трогать, любить…

Мия вздрогнула и снова выгнулась всем телом — это Дэн прижался к внутренней стороне ее бедер, покрывая поцелуями.

Мы, все трое, жаждали объяснить ей не на словах, на деле, что мы чувствуем, что мы думаем по поводу ее места рядом с нами, что мы хотим от нее.

Ник старательно вылизывал ее соски, я покрывал поцелуями животик, погружая в узкое лоно два пальца, Дэн переместился выше, облизывая ее клитор.

Мы набросились на нее как голодная стая, и это было правдой во всех смыслах. Всего несколько минут и она забилась между нами, взмывая на гребне оргазма. Ник словил губами ее сладострастный вопль."

"Я достал пальцы, покрытые ароматной влагой, поднес к ее лицу. Брат отстранился, давая мне возможность увидеть рот нашей крошки.

— Милая, попробуй себя на вкус.