Невинная для волчьей стаи

Преимущество у меня было не большое, но бегала я быстро. И все-таки не прошло и пары минут, как меня повалили в сугроб.

Конечно, это был Никита! Ну, держись! Я бросила ему в лицо горсть пушистого снега, попробовала встать, но он держал меня крепко, и братцы ему, конечно же помогали!

— Так нечестно! Трое на одну!

— Ох, детка, это как раз очень даже честно!

Никита неожиданно стал серьезным, наклонился ко мне, целуя около уха, забираясь под шапочку.

— Ты даже не представляешь, как это будет круто, ты одна, и мы втроем…

— Ты, кажется, предлагал покатать меня с горы?

Ник поднял меня на руки, и понес к снегокату. Я оглянулась, чтобы посмотреть на дом — и не смогла сдержаться:

— Вау! Какой он…волшебный!

Их дом действительно был нереальным, как из сказки. Я таких не видела даже на картинках. Деревянный сруб, высокая крыша, огромные окна, балкон, резные украшения — я была уверена, все это дело рук Дэна! Ну и, конечно, дом сверкал огнями гирлянд. И правда терем-теремок.

— Именно, детка! У волшебных братьев — волшебный дом!

Я шутливо щелкнула Никиту по носу и посмотрела на старших. Дэн улыбаясь шел за нами. А Марк… Он притормозил, достал телефон — с лица на мгновение сползла улыбка, но увидев мой взгляд он тут же вернул ее на место и подмигнул мне, давая понять, что звонок важный, но он постарается быстро отделаться от того, кто его побеспокоил.

— Ты не поверишь, малыш, я как чувствовал, что мне будет с кем обновить мой новенький транспорт.

Ник посадил меня на снегокат, чмокнул в щеку:

— Ну, держись, Красная шапочка! Постарайся не превратится в Снегурочку. Хотя… Снегурочка тоже хорошо!

Он схватил ремень, проверил, крепко ли он привязан, улыбнулся и… побежал.

В детстве я так любила кататься с горки! Там, где мы жили, обычно строили огромный ледяной городок — и каждый вечер толпа детей с ледянками спешила на центральную площадь. Еще я обожала гулять с папой — он брал санки, сажал меня и бежал, быстро-быстро — как Никита сейчас. А я старалась смеяться с закрытым ртом, потому что если я его открывала — мама ругалась. Горло было моим слабым местом, чуть-что — ангина.

Сейчас я тоже смеялась с закрытым ртом — привычка. Ник бежал быстро, снегокат летел. Мы оказались на самой вершине длинного склона.

Сумерки окутывали лес и долину, но по краям горы горели огни гирлянд, а снизу склон подсвечивал прожектор.

— Готова? — он сел сзади, оттолкнулся и мы полетели вниз.

Это было действительно здорово! Лететь, чувствуя, что тебя обнимают сильные руки.

Я несколько раз съезжала с Никитой, потом с Дэном. Наконец, и Марка тоже уговорили составить мне компанию.

Мы хохотали, высчитывая кто уедет дальше всех, кто круче всех завалится в сугроб.

Наконец, я заставила их улечься в ряд и делать снежных ангелов.