Невинная пленница

Он дрожит от нетерпения и вновь начинает двигаться, раскачивая бёдрами.

– Хочу тебя, Тагир!.. Боже, как я тебя хочу!

С каждым толчком его члена вглубь неприятные ощущения растворяются.

Их сменяет волнующее чувство наполненности до самого предела, когда подрагивающий конец толстого члена упирается в стенки лона.

Я вся начинаю сжиматься, дрожать и течь, содрогаясь от удовольствия.

Я уже получала удовольствие в постели. От рук того же Тагира. Но никогда раньше удовольствие не было настолько слепящим и оглушающим.

Мои глаза распахиваются ещё шире, от каждого толчка члена Тагира. Я жадно впитываю взглядом мужественное лицо с венами, вздувшимися на висках. Всматривалась в открытый рот, выпускающий гортанные, низкие стоны. Тагир опёрся на кровать одной рукой, а пальцы второй руки вновь ласкать мой клитор.

От его прикосновений меня накрывало невозможно сладкими волнами. Неужели может быть настолько хорошо?..

О-о-о-о, как прекрасно!..

Каждый его толчок, каждое поглаживание сводило с ума и заставляют желать ещё большего.

Я стала ненасытной и жадно желаю, чтобы он продолжил меня растирать своими умелыми пальцами, продолжил брать, вонзаться членом на всю длину, подчиняя своей воле.

– Хочешь глубже? Обхвати меня! – подсказывает Тагир.

Я смыкаю ноги у него на пояснице, ударив пятками по ягодицам. Я призываю двигаться быстрее.

Поняв намёк, он быстро и ритмично принялся трахать моё податливое тело."

"Тагир всаживает член до самого основания и выходит полностью, чтобы вновь пронзить меня каменным членом. Он двигается так быстро, что влажные шлепки звенят в ушах, не прекращаясь, в сумасшедшем ритме.

Я наслаждаюсь каждым толчком и любуюсь животной, грубой красотой лица Тагира, полного дикого животного возбуждения.

Наслаждение проносится по его лицу судорогой.

– Скоро кончу! – рыкает, срываясь на предельный темп.

Ничего подобного в жизни я ещё не испытывала. Меня затрясло в совершенно непередаваемом удовольствии.

Стеночки лона начали судорожно сокращаются вокруг его члена, а Тагир движется ещё быстрее, протяжно постанывая.

Его сильные толчки заставляют меня выгнуться дугой. Я кричу, срывая голос, и трясусь от ослепительного удовольствия, разорвавшемся внутри меня, как снаряд бомбы.

Я царапаю мужские плечи ногтями и принимаю в себя его последние сумасшедшие толчки. Он громко стонет.

– Малинка! Блять… Сумасшедшая! Охереть, как в тебе хорошо… – дрожа на мне всем своим шикарным телом.

Глава 29. Тагир

Как же херово… Голова раскалывается на части! Больше не буду пить.

Никогда спиртное литрами в себя не заливал. Не надо было и начинать.

Все так зарекаются, но я, бля, реально больше не буду пить так.

Я лежу на кровати в своём новом доме.