Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

Королевский приказ

Всё утро Луиза провела на обзорной площадке башни – вглядывалась вдаль, ожидая возвращения караульных и супруга, выехавшего им навстречу. Она не могла устоять на месте. Мерила шагами узкое пространство балкона. Говорят, материнское сердце способно предчувствовать, и оно предчувствовало – посылало сигналы: то заходилось в лихорадочном ритме, то замирало, отказываясь биться.

Как только на горизонте показалась процессия, Луиза сразу поняла – сердце не обмануло. Дозорные и Фабьен возвращаются не одни – с ними её девочка.

Луиза не помнила, как слетела вниз по винтовой лестнице. Быстрее! Быстрее! Туда, где её дитя, её ангел, которого однажды пришлось оставить в чужом мире. Она не видела дороги, когда бежала к дворцовым воротам. Ноги не слушались, стали ватными. Они отставали от сердца, которое летело впереди.

Луиза даже не поняла, как споткнулась обо что-то. Чуть не упала, но крепкие руки Николо и Йонни успели вовремя подхватить. Два её славных мальчика. Они тоже очень ждали возвращения сестры. Тоже заметили процессию, и вышли навстречу.

Карета была уже совсем близко. Но эти последние минуты, что отделяли Луизу от дочери, казались мучительно долгими. Когда же она, наконец, увидит свою девочку. Сколько ей нужно сказать слов, которые судьба не позволила сказать раньше!

И вот карета остановилась у ворот, но Луиза вместо того, чтобы броситься к дверце замерла. Такой сладкий миг и такой волнительный – он лишил сил стронуться с места. Луиза не дыша наблюдала, как дверца открылась и показалась она, её девочка, её милое дитя – такая красивая, такая взрослая, но с теми же чистыми невинными глазами ребёнка. Братья тут же подскочили к карете. Степенный Николо галантно подал руку:

– Я верил, что ты это сделаешь! Что ты сможешь! – произнёс с ноткой восхищения.

А неугомонный Йонни церемониться не стал – принял Амалию в нежные объятия, потрепал по голове, расцеловал в обе щеки:

– Как же ты похожа на маму, сестрёнка!

В её глазах стояли слёзы. Луиза устремилась к дочери. Ноги сами понесли. Как когда-то давным-давно она спешила к своей малышке, если та начинала плакать. Прижимала кроху к себе, утешала нежным воркованием.

– Амалия, – она заключила дочь в объятия.

– Мама…

Сколько лет Луиза жила в ожидании услышать это простое слово, слетающее с губ дочери. Нежность затопила материнское сердце. Нежность и любовь. Хотелось подарить своей девочке целый мир…

Арабель со всех ног бежала на веранду. Мама должна быть там – она любит проводить утро, ухаживая за растениями. Принцессе нужно было срочно с ней поговорить. Сюзон ненадолго уехала из дворца домой и даже не знает, что тут происходит. А происходит тут совсем нехорошее. Тучи сгущаются над её головой. И вся надежда была только на королеву.