Невидимые тени

Думали, Максим заберет, а она, видать, раньше освободилась и на маршрутке добиралась, позвонить кому-нибудь постеснялась, а потом в магазин зашла – пирожных к чаю взяла и вот паштет для Буча… Такая девочка хорошая, столько горя ей выпало, а она ничего, держится, поднимается и идет – что ж теперь, Паша, будет, ведь убьют они ее, убьют, нелюди!

– Убьют, если получат то, что хотят. – Олешко сжал в руке жестяную баночку. – Только то, что они хотят, лежит в сейфе у Ники, а значит, не убьют. И если я все правильно понял, их нужно ждать здесь, или же ждать звонка с требованиями обмена. В любом случае кто-то из них нарисуется обязательно, и тогда…

Он не договорил. Что будет, он точно знал, и злое предвкушение этого «тогда» остужало его кровь. Он – мастер этого «тогда», не бывало еще ни разу, чтобы человек не ответил ему, когда он задавал вопросы.

– Что же мы Максиму скажем…

– Стефания Романовна, не надо паниковать. – Олешко положил баночку с паштетом в карман куртки. – Я уверен, что Майя жива.

– Я боюсь даже думать, что они с ней делают…

Олешко молча вышел из квартиры и спустился к машине. Он как раз вполне мог представить, что сейчас делают с Майей похитители, и от бессильной ярости готов был кого-нибудь пристрелить, но никого подходящего не случилось.

– Ни черта не стоят все мои ходы и построения, потому что они – дилетанты. Сделали первое, что взбрело в голову.

Он сжал в руке баночку с паштетом. Пирожные, рассыпавшиеся на крыльце, уже подобрали собаки, сиротливо перекатывалась на ветру легкая пластиковая коробка, баночка с лениво ухмыляющимся серым в полоску котом была тяжеленькая и твердая.

– Я ему эту банку в горло засуну.

Он отлично понимал, что произошло. Они следили за ней, Майя зашла в магазин купить что-то к чаю – неудобно с пустыми руками в дом приходить, а потом вспомнила о коте и присовокупила к пирожным баночку паштета. Скорее всего, паштет она купила из-за картинки на коробке, ей это показалось забавным. Вот она бежит к дому, вспоминает, что ключей ей не выдали, звонит по домофону, открывает дверь… вот почему она их не услышала. Майя позвонила, домофон загудел, потом она говорила со Стефанией Романовной, та нажала кнопку домофона у себя, запищал, открываясь, замок – и она просто не слышала тех, кто подошел сзади. Она не ждала нападения и не слышала шагов за спиной, или значения им не придала, занятая своими мыслями.

– Вряд ли они усыпили ее хлороформом, это для них слишком сложно. Скорее всего, просто ударили чем-то по голове.

Он вспомнил, как когда-то лежала в подвале своего дома Валерия. Рыжая голова в крови, лицо синюшное, дыхания почти нет. Но тогда это было не его виной, а сейчас он виноват, не уследил. А ведь знал же, что такое может произойти!

– Ладно. Сделаем свой ход.