Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Но даже это унижение лучше, чем быть связанной с человеком, на которого не можешь даже смотреть. Ведь я для себя все отсрочила до этого самого момента, до этого взгляда. Сейчас примирение с ведьмой представлялось хоть каким-то выходом. Единственным выходом…

Няня бы сказала, что во мне говорила капризная ранимая маленькая девочка, которая ничего не хочет знать о долге и здравом смысле. Но я и была этой ранимой маленькой девочкой. Просто прятала ее глубоко-глубоко внутри. Прятала от всех, даже от самой себя. И в груди наливалось горьким отчаянием. Не хочу… Не хочу! Я чувствовала себя такой несчастной! Самой несчастной на свете…

Да, я забыла о манерах. О том, что нужно держать лицо. И теперь мой ужас увидели все. Я буквально почувствовала на себе взгляд, подняла голову. Рамон. А, может Мануэль… Я не различала близнецов, для меня они были совершенно одинаковыми, одним целым. Если мегера не видела меня сейчас своими глазами, ей, разумеется, эти двое все донесут в самых ярких красках. Что ж… пусть доносят. Теперь мне все равно.

Близнецы ринулись с лестницы навстречу брату, обступили с двух сторон и повели наверх. Слуги кланялись. Теперь я с ужасом ждала, что поравняюсь с ним, увижу своего кошмарного мужа ближе. Эти омерзительные губы, вымазанные щеки… Я молилась о том, чтобы он меня не заметил. Проигнорировал. Прошел мимо. Выдохнула с невыразимым облегчением, когда так и произошло. Я была благодарна ему за это. Да, вышло так, как предрекла свекровь…

Все ушли в дом, а я еще долго стояла на морозе, смотрела вдаль невидящим взглядом. Чтобы не раскиснуть, не реветь. Радовалась, что здесь не было Пилар. Она начала бы причитать. Или убеждать, что все не так плохо. И стало бы еще невыносимее. Лучше, чтобы она подольше не отыскала меня.

Я спустилась с лестницы, брела вдоль ограды, отделяющей конюшни. Сорвала еловую ветку и нервно теребила ее заледеневшими пальцами.

Я не сразу услышала.

Я повернулась и увидела улыбающегося Лало. За его спиной маячил Джозу.

— Доброго дня, сестрица! Я рад видеть, что вы в добром здравии.

Я улыбнулась в ответ:

— Здравствуй, Лало. Да, я поправилась. Благодарю.

Он пристально посмотрел на меня, помрачнел:

— Вы чем-то расстроены?

— Нет, что ты! Все хорошо. Я просто дышу свежим воздухом. — Я поежилась: — Замерзла немножко.

Но мальчика, кажется, не так просто было обмануть. Он повернулся к камердинеру:

— Джозу, позвольте-ка мне поговорить с сестрицей наедине. У нас с ней свои секреты.

Прозвучало на удивление деловито, я даже не ожидала услышать подобный тон от восьмилетнего ребенка.

Джозу тут же поклонился:

— Разумеется, сеньор Эдуардо… — и отошел на приличное расстояние.

Лало уставился на меня:

— Сестрица, мне вы можете сказать все на свете. Ведь мы с вами друзья.

— Конечно, друзья.