Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

И если после, матушка, то выходит, что супруг гулящей девки, как ни крути, рогоносец…

Теперь моя улыбка была искренней. Ведь я додумалась до всего этого только сейчас. Почему не раньше? Ведь стоило просто копнуть чуточку глубже — и все встало на место. Ведь теперь ей, действительно, нечем крыть. Герцог Кальдерон де ла Серда — рогоносец! Каким бы не оказался ее сын, за подобный позор он точно не станет благодарить!

Я ясно видела, как на лбу свекрови выступила испарина. Она обмахивалась краешком горжетки, потом нервно отшвырнула ее:

— Я все равно не могу понять, на что ты надеешься. Мой сын узнает все, что здесь произошло! О том, что ты чуть не угробила Лало! О том, что целую ночь провела неизвестно где с каким-то бродягой! И о том, что ты, мерзавка, посмела поднять на меня руку! Неуважение к матери семейства никак нельзя оставлять безнаказанным. Мать, милая моя, — это святое. Нужно бы это знать. Впрочем… — ведьма скривилась, — откуда тебе знать? Ты, ведь, приблудная. Собственной матери не знала. Так откуда будет уважение к матери?

Удивительно, но меня эта душераздирающая тирада совсем не тронула. Я больше не поддамся на ее провокации. Пусть хоть лопнет! Я только что выпуталась из такой паутины, что настроение мне испортить было довольно непросто.

Я подняла голову, стараясь выглядеть совершенно невозмутимой:

— Я посмела поднять руку? На вас, матушка? Разве не наоборот?

Свекровь посмотрела на меня, как на дуру:

— Разумеется. Кто же еще? У тебя короткая память? — Мегера посмотрела куда-то в сторону: — Анита подтвердит, она все видела своими глазами.

Я проследила ее взгляд. Оказывается, мы были здесь не одни… В темном углу, у зеркала в знакомой раме стояла камеристка этой мегеры. Сухая, вся в мелких морщинках, волосы с проседью. Казалось, что она все время жевала лимон. Ну да… Разумеется… Значит, эту выдру зовут Анитой… Ничего она не видела, потому что ее там не было. Но было ясно, что камеристка подтвердит все, что ей велят…

— Так кому из нас поверит мой сын? Как ты думаешь?

— Будет видно, матушка…

— Или надеешься, что он посмотрит на тебя и влюбится без памяти? Не льсти себе, деточка. Таких замухрышек в каждом придорожном трактире пригоршни! По медяку за пяток!

— А вы этого боитесь?

Та расхохоталась еще сильнее, чуть не надорвалась:

— Насмешила, милая моя! Мой сын на тебя даже не посмотрит. А посмотрит — не заметит. В тебе нет ни стати, ни породы. На что зариться? Уж здесь я совершенно спокойна.

Мы, наконец, распрощались. Я вырвалась из этой ядовитой духоты, вздохнула полной грудью. Судя по всему, Пилар была права… туалетом не стоит пренебрегать.

Еще никогда обыкновенные сборы не оказывались такой мукой. Не сказать, что я не любила наряды или была совершенно лишена вкуса.