Непокорная невеста

Мы слышали, миледи, и ваш разговор с сэром Джозефом, и ваш разговор с Раймондом, — доложила Валеска. — Надо сказать, что вы нас сильно разочаровали.

Джулиана тяжело вздохнула и сделала попытку увернуться от назойливых старух, но не тут-то было.

Валеска взглянула на свою товарку и сказала:

— Пора научить малышку, ругаться по-настоящему.

Дагна с осуждением кивнула:

— Давно пора. В моей стране, миледи, с такими жалкими ругательствами уважения не завоюешь.

— В моей тоже, — кивнула Валеска. — К примеру, миледи, «бородавка» — слово неплохое, но «волдырь» звучит гораздо лучше.

— А еще лучше «чирей», — добавила Дагна, наклонившись к Джулиане с другой стороны.

— Верно, сестрица, ты говоришь правильно. — Валеска наставительно воздела узловатый палец. — Например, миледи, вы обозвали Раймонда «чирьем». Хорошо. Теперь нужно найти место, куда его поместить. Нос — это неудачно.

— Разве что если он… — хотела вставить Дагна, но Валеска ее перебила.

— Не будем усложнять. Нос — это нос. Ничего особенного в нем нет. Поэтому лучше было бы поместить «чирей», то есть Раймонда, на какое-нибудь более обидное место.

— Я бы отдала предпочтение заднице, — хихикнула Дагна. — Вы могли бы обозвать его «чирьем на вашем заду». Правда, тогда возникнет вопрос, каким образом вы этот чирей заработали?

— Верное наблюдение, — кивнула Валеска. — Но мы должны научить леди Джулиану ругаться по всей форме. Что такое «бородавка»? Смех да и только."

"— Прекратите! — Джулиана заткнула уши руками. — Это ужасно, это вульгарно! Что вы ко мне пристали? Разве можно придавать такое значение низменным вещам?

Старухи смотрели на нее с невинным видом.

— Иногда, — начала Валеска.

— …Вещам незначительным придают важность… — продолжила Дагна.

— …Чтобы скрыть свои истинные мысли или чувства, — закончила Валеска.

Джулиана отвернулась, чтобы не видеть их пронзительных глаз, а старухи наблюдали за ней с живейшим любопытством. Наконец освободившись от них, Джулиана спустилась в винный погреб и сидела там до тех пор, пока не утих сумбур в ее душе. Она поклялась себе, что будет держаться подальше и от Раймонда, и от его оруженосца. Так оно спокойней.

12

Не приближайся ко мне, мысленно молила Джулиана. Не трогай меня.

Тот, кого она имела в виду, покачивался рядом в седле. Издали доносилось пение пьяных крестьян. Плащ Раймонда развевался на ветру, под ним виднелись новый камзол и туника.

Когда Раймонд обнаружил этот наряд, разложенный на постели, во взгляде его загорелось торжество. Джулиана пролепетала, что это подарок, что она как хозяйка замка должна снабжать всех одеждой, вот она и решила…

Он ей не поверил. Потрогал тонкую ткань, ос-мотрел вышивку и решил, что Джулиана наконец сдалась.