Непокорная невеста

Кассандре хотелось как-то приободрить его, но думать было сложно, словно мысли увязли в бочонке меда."

"– Вы встретите другую девушку, – наконец сказала она изменившимся голосом.

– Да! – воскликнул он. – Но это будете не вы.

Заявление прозвучало как обвинение.

Потом он выпустил Кассандру из объятий, пока был еще в состоянии, и оставил одну в зимнем саду со злосчастными бальными туфельками, лежавшими у ее ног.

Глава 10

По любым критериям бо́льшую часть осени Северин вел себя как осел и знал это, но на проявление каких-то христианских качеств требовалось слишком много усилий. Он был резок и вспыльчив с Барнаби, личными секретарями, бухгалтерами, юристами и главами административных департаментов. Работа стала для Северина центром вселенной. Он не общался с друзьями и отклонял все светские приглашения, если они не имели отношения к коммерческой деятельности. Посещением он удостаивал лишь завтраки и ленчи с предпринимателями, которые согласились финансировать строительство его подземной железной дороги.

Ближе к середине октября Том договорился о покупке поместья площадью двести пятьдесят акров к северу от Лондона. Продавцом был лорд Бомонт – виконт, утопавший в долгах, как и многие другие аристократы-землевладельцы. Поскольку мало кто мог позволить себе приобрести столь обширные земельные угодья, Том купил поместье по выгодной для себя цене, намереваясь застроить его магазинами и жилыми домами примерно для тридцати тысяч человек. Он всегда хотел иметь собственный город и уже предвкушал удовольствие, с которым собирался заняться его планировкой.

Разумеется, семья виконта возненавидела Северина за то, что им пришлось продать ему свое родовое поместье, однако это не помешало им представить ему одну из своих младших дочерей, мисс Аделию Говард, в надежде, что он женится на ней и таким образом удастся сохранить семейную собственность.

Его настолько забавляло, что семейству Бомонт плохо удается скрыть свое отвращение к нему, что Том решил поразвлечься и принял приглашение на ужин. Чопорный и официальный банкет затянулся надолго, но хорошо воспитанная Аделия произвела на него благоприятное впечатление. Казалось, она разделяла его представление о браке как о деловом партнерстве, в котором роли каждой стороны четко определены: он станет зарабатывать деньги и оплачивать счета, она же займется хозяйством и воспитанием детей. Произведя на свет достаточное количество потомства, они станут жить каждый своей собственной жизнью, закрыв глаза на похождения друг друга. Никаких романтических глупостей об уютных коттеджах и прогулках рука об руку по деревенским лугам. Ни поэзии, ни приторной чепухи.