Невеста Льва

Лайон со смешанными чувствами думал о том, что снова увидит Сабрину в Лондоне. В отличие от его холодной высокомерной жены она будет в восторге от этой встречи.

— Проснитесь, миледи, — промолвил Лайон, тряся Ариану за плечо. — Проснитесь, ваш муж пришел, чтобы обнять вас…

Ариана вздрогнула и, открыв глаза, испуганно посмотрела на Лайона. Почувствовав его руку на своем бедре, она поморщилась. Неужели ему не надоело мучить ее?

— Уже поздно, — жалобно сказала она. — Чего вы хотите от меня? Я очень устала…

— Давайте хотя бы поговорим. Я не испытываю ни малейшего желания прикасаться к вам, — солгал он.

Лайон не желал проявлять слабость и показывать жене, что хочет ее, хотя его тянуло к ней как магнитом. Услышав его слова, Ариана с облегчением вздохнула. Ей не хотелось предаваться страсти, извиваться и корчиться под ним в любовных судорогах.

— Мне хотелось бы убедить вас в бессмысленности планов осады замка Блэкхит, — промолвила она с тайной надеждой, что ее слова будут услышаны мужем.

— Вильгельм вызывает нас в Лондон, — мрачно сказал Лайон, — так что не будет никакой осады.

Ариана обрадовалась столь неожиданной приятной новости. Бог услышал ее молитвы! Однако мысль о поездке в Лондон повергала ее в отчаяние.

— Но я не желаю ехать в Лондон! — воскликнула она.

— И тем не менее вы поедете вместе со мной, такова воля Вильгельма. Он созывает витан, на котором я должен присутствовать, и требует, чтобы вы явились вместе со мной. Королева хочет познакомиться с вами. Я уверен, вам понравится Матильда. Это святая женщина. Завтрашний день я отвожу на сборы и подготовку к путешествию. А послезавтра мы отправляемся в путь.

— Но я не смогу собраться за один день, — заволновалась Ариана.

Ее охватила паника. У Арианы не было никакого желания встречаться с Вильгельмом Завоевателем и его женой. Пусть даже, по словам Лайона, это была святая женщина. Она ненавидела Вильгельма, ненавидела норманнов. И хотя Ариана ни разу не была в Лондоне, она считала этот город проклятым местом, а двор короля — рассадником пороков, несмотря на все усилия самого Вильгельма придерживаться норм морали.

— Сможете, если постараетесь, — мрачно сказал Лайон и перевернулся на другой бок.

Он не понимал, как может возбуждать женщина, пытавшаяся отравить его, и старался скрыть свое состояние.

— Спите, — буркнул он. — Завтра будет трудный день.

Проснувшись на следующее утро, Ариана обнаружила, что Лайон уже ушел. Она поспешно встала, повторяя про себя то, что необходимо было сделать до отъезда в Лондон. От одной мысли, что завтра она поедет в этот город, ей становилось нехорошо. В Лондоне у нее не было ни друзей, ни доброжелателей, которые могли бы защитить ее от Лайона и Вильгельма.