Невеста для кронпринца

Но зачем ему знать обо всем первому? Уж не потому ли, что он кого-то подозревает? Это несказанно его тревожит, поэтому он хотел бы проверить свои подозрения раньше, чем они станут достоянием общественности?

Или же он сам что-то скрывает?

Я понятия не имела, и у меня было слишком мало всего… Слишком мало сведений, чтобы сделать достоверные выводы!

И я пошла себе дальше, все также продолжая старательно обходить стороной прогуливавшихся по саду избранниц. Видела их издалека и подозревала, что некоторые из них не отказались бы посильнее меня ужалить или же облить презрением из-за того, что я очутилась в более привилегированном положении, чем остальные.

Возможно, не все, но проверять, сколько таких, мне не хотелось.

Хотя я бы серьезно с ними поспорила.

Без памяти мое положение было ужасным, как они этого не понимали?! Клянусь, я бы многое отдала за то, чтобы снова вспомнить, кто я такая, и наконец-таки обрести имя и свою семью.

Но меняться никто не предлагал, поэтому я уходила все дальше и дальше, пока, наконец, не забрела в самый дальний конец сада. Восточное Крыло отсюда видно не было — дворец был построен на нескольких холмах, так что я оказалась у подножия одного из склонов, да еще и обзор закрывало величественное серое здание.

Подозреваю, Южное Крыло.

Именно там я поняла, что силы мои на исходе и назад, в горку, вот так сразу мне и не взобраться. Пожалуй, я серьезно погорячилась, отправившись на столь длинную и долгую прогулку!

Решила перевести дух, но так как лавочки или же беседки по близости не оказалось, то я добрела и опустилась на мраморный край небольшого фонтана. Уставилась на льющиеся из кувшина такой же мраморной девы струи, размышляя, каким образом поднимается по трубам вода, чтобы попасть в ее кувшин.

Здравый смысл подсказывал, что должна была с помощью магии, но в этом месте, по большому счету, магии не водилось. При этом вода продолжала литься на голову полуобнаженной девы, не стеснявшейся выставить на всеобщее обозрение свои пышные мраморные формы, буквально выпадавшие из облепившей тело сорочки.

Тогда как же здесь все работало?

Хмыкнув, подумала, что, наверное, дело в хитроумных механизмах, которых нигде не было видно. Затем уставилась на рыбок, плававших в фонтане.

По большей части среди них были золотые караси и маленькие зеркальные карпы. Правда, попадались и незнакомые ярко-красные рыбки с длинными переливающимися хвостами. Пугливые — сперва метнулись прочь, стоило мне опустить в воду руку, но так как я не шевелилась, они все-таки подплыли и принялись тыкать раскрытыми ртами в мою ладонь.

Это была умиротворяющая картина, на которую я смотрела так долго, пока не почувствовала в себе силы подняться и идти дальше.