Невеста для графа

Рабочие прибыли в дом еще до того, как она ушла на встречу с Джорджианой, и сейчас она решила заглянуть в гостиную и посмотреть, как продвигалась работа.

– Не делай этого! – громко крикнула графиня Розмари.

Элиза замерла на пороге, не сразу сообразив, что окрик относился не к ней. Осмотревшись, она заметила свекровь, стоявшую у дальней стены и отдававшую распоряжения слугам:

– Аккуратнее с тем зеркалом! Не уроните!

Элиза не спешила заходить и украдкой наблюдала за происходящим. А работа тем временем кипела. Портьеры уже успели снять, а содержимое шкафов аккуратно складывали в ящики. Элиза уже собралась уходить, когда вдруг услышала еще один знакомый голос.

– Но почему он не пришел, мама?

Элиза снова замерла. В этом вопросе было недоумение… и еще больше боли. И было не трудно догадаться, о ком шла речь.

– Я не знаю, моя дорогая, – ласково ответила Розмари дочери. – Возможно, семейные дела отнимают все его время.

– Возможно. – По тону Эдит было понятно, что она считала причину надуманной, но спорить не хотела. – Но он ведь мог сам мне об этом сказать. Его записка такая… скупая на слова. И тон! Словно он пишет какой-то едва знакомой, а не своей нареченной!

Графиня вздохнула и тихо сказала:

– Видишь ли, дорогая, мужчины – странные создания. Скачки в Ричмонде… Боксерский матч… Очень многое может настолько увлечь джентльмена, что он забывает обо всем на свете.

– Регги не такой! Уже неделя прошла! Мама, ты… ты ведь не думаешь, что это из-за?.. Ну, ты меня поняла.

– Да нет же! – со смехом отозвалась Розмари. – Просто он мужчина, вот и все. Как бы ни был мужчина влюблен, его все равно тянет к тому, чем они все так любят заниматься. Разве ты забыла, как месяц назад Бенвик уехал на неделю в Брайтон с друзьями? Он тебе об этом ни словом не обмолвился и даже записки не прислал, и тогда ты решила, что он больше тебя не любит. Но он вернулся, и оказалось, что по-прежнему в тебя влюблен.

– Да, это правда… – в задумчивости протянула Эдит.

Элиза же чувствовала себя ужасно. Ей хотелось предупредить свекровь, что на этот раз все может закончиться совсем не так, как тогда. И еще хотелось рассказать графине, какие требования выдвигал мужчина, так «преданно» любивший ее дочь. Элиза очень жалела Эдит, и не понимала, как мистер Бенвик, даже если он охладел к своей невесте, мог поступать так трусливо и подло. Будь он настоящим мужчиной, нашел бы возможность встретиться с Эдит и как можно деликатнее сообщить ей обо всем.

Но она обещала Хью молчать. Элиза зажмурилась и зажала уши ладонями. Теперь она была даже рада той встрече на Бонд-стрит, потому что могла с чистой совестью ненавидеть мистера Бенвика.

– Что ты торчишь тут, в коридоре? – прошептал Хью над самым ее ухом.