Бьянка, благочестивая невеста

 — Вы поклялись, что мне не придется отказываться от своей веры.

— Это действительно так, — подтвердил Амир.

— В таком случае нужно пригласить священника и попросить христианского благословения.

— Во всей бескрайней Османской империи не найдется ни одного святого отца, готового одобрить наш брак, — честно ответил принц. — Тебе придется утешаться сознанием того, что в пределах моей страны наш союз признан официальным. — Он достал привезенный из дворца пергамент, развернул свиток и показал. — Вот подпись самого султана. Он выступил в качестве твоего опекуна, чем оказал нам обоим огромную честь.

На мгновение в ней проснулась прежняя Бьянка, однако Азура заставила себя сдержаться. Она добровольно выбрала свою судьбу и новую жизнь, с радостью оставила привычный уклад ради любимого человека, который сейчас сидел перед ней.

— И что же, бракосочетание прошло красиво? — лукаво осведомилась она. Уж если все равно придется гореть в адском костре, то зачем же разжигать пламя дурными словами?

— Очень просто и очень быстро. — Амир протянул руку через стол и крепко сжал пальцы любимой. Он отличался острым умом и отлично понимал, чего стоило ей вот это легкое согласие. Однако любовь заставила Азуру сразу принять новые условия. Он склонился и поцеловал нежную ладонь.

— Может быть, оставить вас вдвоем? — предложила Агата и приложила к глазам платок: бесконечная любовь трогала до слез.

— Нет, — ответил за двоих Амир. — Лучше поднимусь наверх и отдам приказ к отправлению. — Он торопливо встал и вышел.

— Принц глубоко вас любит, — вздохнула Агата.

— Знаю, — задумчиво ответила Азура. — Знаю.

Корабль вышел из бухты Золотой Рог и по узкому проливу Босфор направился к Черному морю. По обе стороны мягко перекатывались необыкновенной красоты изумрудные холмы. Наконец взору открылось бескрайнее Черное море. Путь лежал в пределах видимости береговой линии, так как стихия в этих местах отличалась особым коварством: безжалостные штормы налетали внезапно и несли смертельную опасность. И вот, наконец, на третье утро Агата взволнованно разбудила госпожу.

— Синьора, скорее просыпайтесь! Посмотрите, что за чудо! Мы встали на якорь, и отсюда виден дворец вашего принца! Настоящий бриллиант на зеленом бархате. Ни в Венеции, ни во Флоренции нет ничего прекраснее!

Азура вскочила с постели.

— Ах, какая прелесть! — восторженно воскликнула она, разглядывая небольшой дворец, которому уже скоро предстояло стать ее домом. Располагался он на высокой скале, над морем. Наверняка там был и сад: Амир очень любил сады, так что трудно было предположить, что его дом не окружен пышной южной растительностью.

— Поскорее помоги одеться, — попросила госпожа.

Дверь каюты открылась, и вошел Амир.