Невест так много, он один

А то ведь унюхают невесты...

...Шел четвертый час конкурса.

Я из последних сил держалась, чтобы не заснуть.

Вот сколько времени нужно обычному смертному человеку, чтобы снять постельное белье, взбить перину, одеяла и подушки, постелить чистую простыню, надеть наволочки и пододеяльник?

Пусть даже кровать и одеяло огромные, подушек больше двух, а простыня размером с тренировочное поле. Минут пятнадцать, я так думаю.

Каждой из невест потребовалось больше часа. Больше часа!!! Боги, дайте мне сил не обругать их прямо в глаза криволапыми недоптицами.

Очередная девушка сначала долго с ужасом смотрела на просторное ложе маркиза ди Кассано, на котором при желании можно было играть в салочки. Что уж за мысли бродили в их головах, я даже предположить не берусь. Наверняка какие-то непристойности.

Потом эти... особы... подкрадывались к предмету обстановки так, словно кровать сейчас бросится на них и загрызет. Взяв двумя пальчиками за краешек покрывала, они начинали ме-е-е-дленно тащить его на себя. Будто ожидая, что сейчас из-под него выскочит их жених, злобно захохочет и накинется насиловать. Ну или, не знаю, щекотать.

И вот волочится это несчастное покрывало и никак не заканчивается... А эта ку́ра безмозглая пятится к двери. В первый раз я наблюдала за этим с веселым любопытством. Во второй — озадаченно. Интересно, следующие тоже будут так делать? Этому их обучают в каких-то специальных пансионах для благородных девиц? Мне уже и представить страшно, что станут вытворять остальные.

Возвращаясь к перестиланию. Подушки они брали в руки так, будто это не набитые в чехол перья, а хищный зверь, с которым нужно быть крайне осторожными. Может ведь и покусать...

Про борьбу с огромным одеялом и то, как его вытаскивали из пододеяльника, а потом вставляли в новый, я даже говорить ничего не могу. Не «не хочу», а не могу. Потому что описать цензурно и серьезно не выйдет."

"Я вздыхала, зевала, меняла позу, ходила по комнате, чтобы размяться и успокоить нервы, пила воду из кувшина, смотрела в окно... Предатель Лекс сбежал, не дождавшись окончания процесса даже у первой из своих потенциальных мачех. Второй предатель, призрак, удрал еще раньше. Непосредственный виновник всего этого постельного беспредела, он же — хозяин кровати, вообще заявил, что конкурс — это моя обязанность. Вот мне и следить.

Вот я и следила. Зевала. Страдала. Клевала носом.

— Благодарю, леди Диана. Засчитано. Прошу вас пригласить следующую девушку, — сообщила я очередной соискательнице, когда она наконец-то завершила.

С кислой улыбкой я поприветствовала четвертую.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Инне́сия ди Ламбо́ль.

— Да, точно. Вы дочь графа ди Ламболь. Я вспомнила. Итак, вам нужно освободить постель от этого белья. Взбить. Перестелить. Приступайте, леди.