Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

— Я пообщался с Сафиным, — перебивает нас папа, — объяснил ему нашу позицию и потребовал больше не приближаться к тебе. К слову, у него там серьезные проблемы в больнице.… - переводит многозначительный взгляд на Демина. — Герман, если потребуется какая-нибудь помощь, обращайся…

— Я не имею к Марату никакого отношения, — разводит он руками. — Абсолютно. Это больше не моя война.

— Зато я имею.… по полной.

За спиной раздается басовитый, хриплый смех — и к нам подходит Михаил со своим сыном на руках.

Эпилог 3

Я на инстинктах тянусь к малышу, чтобы поправить на нем задравшуюся кофточку и вытереть платочком слюни с подбородка, пока его отец здоровается с моими родителями. Скоро они уедут в Питер, а я представить не могу, как сильно буду скучать по племяннику.

— Благодарю, но вряд ли мне потребуется помощь, — продолжает Михаил, не выпуская ребенка из медвежьих объятий. — Я сам....

— Что?

— Я инициировал возбуждение уголовного дела против Сафина. Процесс идет — и весьма успешно. Его активно таскают по судам. Одного моего случая достаточно, чтобы вывести так называемого заслуженного психиатра на чистую воду и лишить лицензии. Более того, как выяснилось, Дарья — Мишкина мама — тоже была его пациенткой до того, как согласилась на суррогатное материнство. Сейчас ведутся допросы медперсонала клиники и ее родственников, чтобы выяснить как можно больше деталей. Все это лишь вершина айсберга. Если учесть, что кроме нас с ней могут найтись еще пострадавшие, то.… - пожимает широкими плечами, — у Сафина теперь два пути: или в тюрьму, или в психушку. И он это понимает.… Насколько я знаю, сейчас он как раз занимается тем, чтобы получить справку и оформить инвалидность.

— Работать по специальности Марат точно больше не будет — я лично за этим прослежу, несмотря на обещания. Не зря я остался в должности заведующего, — рычит Герман.

Мои родители растерянно слушают откровения Деминых, испуганно кружат по нам взглядом и теряют дар речи. В очередной раз они убеждаются, что некогда обожаемый ими зять — не более чем больной человек, тиран и психопат.

— Ты семьей занимайся, — с доброй улыбкой подначивает Германа брат. — Сафина я сам додавлю, как таракана. В конце концов, это дело чести.

— Вы рассказываете страшные вещи, — глухо лепечет мама, хватая папу под локоть. — Это.… правда?

— Идемте за стол, не будем омрачать молодым праздник тяжелыми беседами, — просит их Михаил и уводит за собой вглубь зала, где они продолжают разговор.

Провожаю их взглядом и шумно вбираю носом воздух, чувствуя острую нехватку кислорода. Покачиваюсь, теряю равновесие из-за легкого головокружения, но тут же меня подхватывают сильные руки мужа. Разворачиваюсь к нему, обвиваю за шею и слабо улыбаюсь.