Мой неверный муж (СИ)

Ох, Поля, я точно поняла, что если еще дам слабину, он их всех ко мне в дом притащит, вместе с самой Динарой, и счастлив будет. Адам знаешь как устает на работе? С делами диаспоры тоже. Не мальчик уже и разрывается на два дома. Там дети, а у нас я. Но там, где дети, там и мать, а эту видеть у себя не хочу! В общем, сказала: если устал ездить, оставайся уже там и живите. Разводится не буду, шум поднимать, что первую жену не навещает, тоже не буду, захочет приехать, поговорить, рядом побыть — встречу как родного и доброго друга. Но не больше.

— А он? — я слушала с огромным интересом. Это какой-то турецкий сериал, ей богу!

— Думает. Ему детей жалко и от меня уйти не может.

— Вот и вы готовы отпустить, а Адам Даниярович не готов уходить, — проговорила я.

— Вот его расплата за новую игрушку. Уже и не в радость, а выхода нет, — развела руками.

— Мама Жанна, а если уйдет? Вы как? Все нормально же? — я реально переживала за нее.

— Знаешь, еще год назад, наверное, умерла бы без него, а сейчас… Уже как-то морально подготовилась. Вот у меня и собака появилась, внуки любимые есть. Сын вспыльчивый, еще и дурачок иногда, но люблю его. И Марат меня. С таким сыном я точно не пропаду, как бы судьба не повернулась.

— И еще будут внуки, — мрачно добавила.

— Много дурного Маратик наворотил, но малыш в этом не виноват. Я поэтому близнецов полюбила: дети — святые души. Это мы грешные создания.

— Простите, — ответила на звонок. Опять Вера уговаривала на концерт пойти.

— Так иди! — услышала разговор мама Жанна. — Давай мы детей с Адамом заберем, а завтра Марат с ними куда-то собирался. Вечером у тебя будут.

— Адам Даниярович подъедет?

— Так он в машине сидит, меня ждет.

— Все это время?! — изумилась я.

— Ага. Мне кажется, он тебя стесняется. В каком-то смысле и его доля вины в происходящем есть: из-за него пришлось рассказывать о многоженстве в исламе. Он вообще всю диаспору взбаламутил, по правилам хотел все сделать, без измен, а вышло, что теперь без таблеток от давления из дому не выходит. А у Адама всегда богатырское здоровье было! Знаешь, Поль, мне его сейчас искренне жаль. Дурачок. Но за дурость тоже расплачиваться нужно. Кому-то дурость, а кому-то от нее горе…

Я отпустила детей с ночевкой к свекрам. Как ни крути, а люди родные: они любят моих детей и плохого не допустят. Маме Жанне я верила как собственной. А Адам Даниярович точно ничего не сделает, что могло бы расстроить ее или двойняшек. И что-то мне подсказывало: никуда он не уйдет на старости лет. Мама Жанна уже часть его. Это как руки и ноги отпилить ножовкой: адски больно и все равно ползти к ней будет, на брюхе. У нас с Маратом иначе: я просто вырвала свое сердце и похоронила на пепелище своей любви. Вырастет ли новое? Умеет ли оно регенерировать? Не знаю. Посмотрим.