Неверный муж. Я тебя не прощу! (СИ0

Извиняйся! — требует Дашаев, сжав кулаки. — Прямо сейчас извиняйся!

— Галь! Галя, это не смешно. Галя, ты меня о помощи просила… Ты… Ты сказала, что пацаны вредничают и со мной поговорить хотят!

— Че-е-е?! — удивляется Лешка. — Не было такого! На фиг ты нам не сдался! Видеть тебя не хочу! Или… — смотрит на брата. — Ага, вот кто крыса!

— Сам ты крыса! Я его не звал! Я его… Я его сейчас сам выкину! — краснеет Димка.

Он все еще зол на отца, зол предельно…

— Никто тебя не звал, Степ. Я тебя обманула. Вот так. Хотела выманить тебя на открытый разговор при тех, кого ты своей болтовней затронул. Что ты наговорил им? Может быть, повторишь при Марате?

— Мы еще не разведены, а ты…

— Не тебе меня упрекать. Ты и в браке гулял. С племянницей моей путался.

— Пап, ну правда. Ты бы молчал… — подает голос Леша.

— Ты за кого? — злится Дима.

— Я за себя! За нас! А ты за кого?!

— Я тоже за себя! Я вообще никакого… блин, не хочу! Ни этого маминого мужа, ни будущего.

Степан с обидой смотрит на Диму, аж глаза заблестели.

— Ты как о папке своем говоришь?! Я же папка… Папка твой! Какой я тебе… мамин муж!

— Мамин почти бывший муж! — подчеркиваю я, осмелев от присутствия Марата и его мощной поддержки.

Пусть этот гвоздь, забитый в крышку гроба нашей семьи, станет последним.

— Мы разводимся, Степ. И только мальчишки будут решать, с кем они хотят остаться. А ты… ты вместо того, чтобы поливать говном меня, мог бы попытаться завоевать доверие сыновей. Но ты предпочел обгадиться с ног до головы. Этого уже не исправить. Поэтому пусть будет так, как будет.

— Это как? — настораживается Лешка.

— А вот так… Вы уже не маленькие мальчишки. Сами видели, в какой заднице оказалась наша семья из-за вашего отца. Развод состоится. Вам придется решать, с кем остаться. С отцом или со мной.

— И с твоим новым мужем? И… И новым ребенком?! — ревниво интересуется Дима.

— Дим, я пока замужем за твоим отцом. И я не беременна! Что за глупости? Кто вам такое сказал? Папаша придумал? А в своих подлостях он раскаялся? Попросил прощения, а? У тебя, в первую очередь, Дим! У тебя он прощения попросил? За травму! Или просто набросал говна на вентилятор, а ты и рад слушать?!

Дима покраснел, надулся, ощетинился. Точно, птенец! Воробей надувшийся, который сейчас лопнет!

— Но он же будет… мужем. Будет, да?!

— Скрывать не стану, я очень надеюсь, что Галина ответит согласием и не сделает шаг назад из-за капризов двух сыновей. Кстати, я считаю парней в этом возрасте вполне взрослыми и серьезными молодыми мужчинами, которые способны искренне пожелать своей матери счастья, — произносит Дашаев. — И да, детей я тоже хочу и планирую. В будущем.

Дима едва дышит, глаза блестят.

— Я так и знал. Нового родишь, о нас забудешь.

— Глупости, Дим.