Неверная

В мыслях она заново пережила тот момент, когда на темной улице её схватили сзади и потащили подальше от фонаря, в темный переулок, а дальше посыпались удары, один за одним, вспышки боли били не переставая по нервам, как и нападавший, бил без продыха.

— Ты можешь повернуться или тебе больно? Я помогу.

«Какой заботливый палач.» — подумала Ида и открыла глаза. Она сглотнула горечь, подступившую к горлу и решила принять свою судьбу, глядя прямо в глаза своему мучителю. Перевернувшись на спину, она повернула голову — мужчина и женщина встретились взглядами.

На лице палача неожиданно для Иды отразилась боль. Почему? Влад всматривался в каждый синяк на её лице, рану на губе, её заплывший глаз уже открывался, выглядело это просто ужасно, уж Ида то знала, утром рассмотрела себя в зеркале над умывальником в туалете. Влад стоял над ней, сжимая кулаки, хотел пустить в ход без свидетелей?

— Что тебе нужно? — тихо спросила Ида, прервав затянувшееся молчание.

Влад будто очнулся, огляделся в поисках стула для посетителей, который стоял у стены, взял его и поставил ближе к койке Иды.

— Как ты себя чувствуешь? — задал он дежурный вопрос.

— Нормально. — получил дежурный ответ.

— Я найду того, кто это сделал, я тебе обещаю. И этого больше не повторится. — твердым уверенным голосом сказал Влад. — Ты можешь не бояться больше.

Влад вытащил из кармана телефон, зарядку от него и беспроводные наушники в футляре, положил всё это на тумбочку.

— Твой телефон разбился, вот новый, там твоя старая карта, я сделал два дозвона, есть мой номер телефона, заканчивается на две семерки и еще номер охранника Галины, Виктора, на всякий случай. Он за неё и девочку отвечает. Наушники, чтоб не скучно было, ты любишь слушать музыку. Я принес тебе фрукты, ещё вчера, они в холодильнике. — Влад осмотрелся вокруг. — Я оставил цветы, где они?

— Я их выкинула и ромашки тоже. — призналась Ида и дрожащей рукой показала на телефон. — Забери, пожалуйста. Мне ничего от тебя не нужно.

Ей показалось, что Влад пытается загладить вину за то, что приказал её избить, ну погорячился на людях, с кем не бывает. Теперь заметает следы, охрана в коридоре, цветы-извинения.

— Я не буду подавать заявление. Только уходи, пожалуйста. — как можно менее жалобно сказала Ида. — Врач сказал, что меня выпишут через несколько дней. Я ведь могу уехать? Я всё забуду, обещаю.

Ложь легко сорвалась с её губ, она запомнила оскорбления, запомнит и страх и ужас, которые испытала в тот момент, когда жесткая нога ударила её в живот, в тот миг она уже лежала на земле и корчилась от боли. Она запомнила обувь, кроссовки с отвратительной, режущей глаза, оранжевой полосой сбоку.