Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Неважно, что мне придется меньше спать, потому что в любом проклятом дне есть только столько часов. Если это требовалось, я был готовым воином.

Волевые воины не ищут оправданий. Человеку свойственно отговаривать себя от трудного или неудобного дела, но мы знаем, что оно не подлежит обсуждению. Есть много людей, которые готовы записаться в армию или полицию, устроиться на работу или поступить в колледж или аспирантуру, потому что они ожидают ощутимой и своевременной отдачи от своих вложений. Воины идут на это не ради денег или льгот. Это все подливка. Даже если бы я был на мели, я бы нашел способ заплатить ВМС США, чтобы стать ""морским котиком"". Никто не вербовал меня в Форт-Сент-Джон, и я потерял деньги, согласившись на эту работу. Но готовые воины сами ищут себе задания и платят за них любые деньги. Я хотел делать эту гребаную работу, и точка.

Было холодно, и я чертовски болел, но моим синякам и этой мерзкой погоде было наплевать на меня, и будьте уверены, это чувство было взаимным. Потому что меня не устраивало просто приходить в надежде закончить школу. Когда вы находитесь на более старшей стороне возрастного спектра, вы часто получаете больше похвалы, чем заслуживаете, за то, что просто пришли сделать что-то физически сложное. Никто не ожидает от вас многого, и возникает соблазн выступить в соответствии с этими заниженными ожиданиями. Прийти - это важный первый шаг, но если вы планируете прийти, то можете и показать себя во всей красе.

Еще ничего не было расчищено. Я пробирался по пороше на центральных улицах, чтобы добраться до шоссе, где бежал по свежим, слякотным следам шин, оставленным пикапами и большими грузовиками. Форт-Сент-Джон населяют люди, которые рано встают, работают на местных ранчо, в нефтегазовой промышленности или в бескрайних еловых и северных сосновых лесах, и им нравится таскать задницу по этому обледенелому шоссе.

Мои ноги быстро онемели, а снегопад усилился до состояния, близкого к метели. Снег и лед облепляли мое лицо, когда я, щурясь, выбегал на встречную полосу движения. Часто мне приходилось уходить с середины дороги в безопасное место на обочине, где снег был глубже, и всякий раз, когда мне удавалось мельком взглянуть на водителя, я находил вдохновение в их расширенных от удивления глазах и шокированных выражениях лиц, наблюдавших, как я материализовался из снежной бури, словно существо из другого мира, от меня струился ореол пара. Казалось, все они задавали себе один и тот же вопрос: ""Он сошел с ума или это самый целеустремленный ублюдок, которого я когда-либо видел?""

Каждый след на этом шоссе и каждая улица, по которой я бежал, принадлежали мне. Больше никто в городе не ходил пешком. Большинство новичков еще спали.