Неужели снова ты?!

К концу недели должны внести окончательные изменения в венгерский заказ.

— Наконец-то ты будешь спать. — порадовалась я новости и укоризненно посмотрела на Гордеева.

— Малышка, у тебя что-то случилось? — обнял меня за плечи и заглянул в глаза. — У тебя взгляд какой-то не такой, как обычно. Отстраненный что ли. — продолжил всматриваться. Нервно закусила губу и подумала, что ему ответить, потому что в данную секунду я не особо желала распространяться о своем состоянии. В любом случае, первым, кто узнает, будет Дима.

— Так, зайка. — подвел меня к креслу в гостиной и усадил на колени лицом к себе. — Все можно решить. Всегда. Рассказывай, и мы вместе обязательно что-нибудь придумаем. — Тихий, успокаивающий, уверенный тон. А я смотрю на Гордеева и понимаю, что в эту секунду наша жизнь снова делает коренной поворот. Безумно долго держу взгляд, не на нем, нет. Взгляд сквозь.

Не могу. Почему-то язык не поворачивается сказать такие простые два слова. Я даже мысленно их еще ни разу не произносила.

— Солнышко, я начинаю серьезно переживать. — потер мои щеки большими пальцами. Все, дальше тянуть не имеет смысла. Зарецкая, соберись, твою за ногу! Буквально выдыхаю:

— Ну вот, а ты боялась. — ровно произносит Дима тем же нежным тоном. Но тут его взгляд резко проясняется, и он неожиданно переспрашивает:

— Ты… Ты что? — столбенеет. — Малышка, повтори, пожалуйста, еще раз. Я не уверен, что все понял верно. — сидит с каким-то непохожим, для себя обычного, видом.

— Я беременна. — уже более уверенно говорю я и даже киваю для убедительности.

— У нас будет ребенок? — Дима не может выйти из ступора. Я же все еще боюсь, что меня накроет, потому что за эти несколько часов, что я знаю эту новость, такой тупой взгляд меня так и не посетил. Хотя, у меня всегда реакция была заторможена, может дойдет еще.

— Да. — кивнула. — Ты станешь отцом. — Понимание. Я наконец-то четко увидела на его лице понимание происходящего.

— Моя девочка. — Дима притянул меня еще ближе и накрыл губы поцелуем. Я полностью растворилась в этих ощущениях, оставляя в себе только пульсирующую любовь. — Моя родная, любимая. — шептал в волосы, пока я вдыхала аромат его духов с шеи. — Спасибо тебе. — продолжал поглаживать спину. — Какой срок примерно?

— Не больше недели. — теперь и до меня стало доходить: я беременна и скоро стану матерью. Девять месяцев, и мы с Гордеевым неожиданно окажемся родителями. Маленький ребенок, за которого мы будем нести ответственность, который без нас не сможет. Ребенок, который станет нашей жизнью. — Дим, — я подняла голову и испуганно забегала глазами по лицу Потрошителя:

— Я боюсь. — по-моему у меня начинается паника. — Мне страшно. — тихо проскулила.