Неукротимый граф

А вот теперь ей предстояло самое трудное…

– Да, удалась, – пробормотала Александра. – Удалась благодаря вам. – Она с трудом сдерживала слезы. Ах, если бы только Кэсси с Люси не были так непреклонны!

– Заставьте его думать, что Беркли для вас – единственный, – говорила ей Люси.

– Расскажите, как сильно он вам нравится, – добавила Кассандра.

А Джейн, оторвавшись от книги, пробурчала:

– Не желаю принимать в этом участие.

– Только не надо делать такое лицо, Дженни, – подбоченившись, обратилась к ней Люси. – Ведь когда-то ты всем рассказывала о несуществующей компаньонке, что и послужило причиной невероятного скандала.

– Да, верно, – ответила Джейн. – Именно поэтому я знаю, что подобные замыслы не сулят ничего хорошего. – Поправив на носу очки, она перевела взгляд на Алекс. – Я искренне желаю вам всего самого лучшего, леди Александра, но совета дать не могу. К тому же верховодит здесь Люси. И знаете… Мне ужасно не хочется это говорить, но если вы последуете ее совету, то, возможно, получите желаемое… со временем. Даже я должна признать, что в случае с Гарретом подобная уловка прекрасно сработала.

Александре совсем не понравилось, как Джейн произнесла слова «со временем», но остальное согрело ее душу. Люси же оказалась непреклонна и настаивала на том, чтобы она, Алекс, непременно убедила Оуэна в своей безумной любви к лорду Беркли.

Тут Оуэн наконец развернулся и резко проговорил:

– Значит, вы получили желаемое, не так ли?

Сердце девушки болезненно сжалось. Нет, она не получила желаемого, но должна была продолжать эту игру.

– Но я все равно продолжу помогать вам, – заверила она Оуэна. – Что еще вы хотите узнать про Лавинию?

Оуэн со вздохом покачал головой.

– Понятия не имею. К тому же вся эта затея кажется мне совершенно безнадежной.

– А как у вас с ней прошло сегодня?

– Не слишком хорошо. Кажется, ее нисколько не впечатлило все то, о чем вы советовали упомянуть. Наверное, так происходит лишь потому, что об этом упоминаю именно я. Я могу сколько угодно говорить ей слова, которые она хотела бы услышать, но она все равно будет решительно настроена против меня.

Александра потупилась и уставилась на собственные туфли. Пнув мыском камешек, проговорила:

– Мне очень жаль, что вы разочарованы…

Оуэн глухо застонал.

– Помогите мне, Алекс. Скажите сестре что-нибудь такое… что заставит ее взглянуть на брак со мной положительно. Ибо ухаживать за ней далее… Судя по всему, это совершенно бессмысленно. У нее каменное сердце. Но что-то ведь должно его растопить, не так ли?

«Мое давно уже растаяло», – подумала Александра. Но Оуэн-то, похоже, нисколько не ревновал. Во всяком случае – не настолько, чтобы перестать ухаживать за Лавинией.